— У Оли есть сын, — с трудом вытолкнул он из себя эти слова. — Этот мальчик похож на меня и… на батю. Я в изнасиловании не участвовал. С Олей у нас были платонические отношения. Мы не успели переспать, — его голос вибрировал. Он то замирал вообще, и тогда Сергей Викторович наклонялся над столом, то набирал силу. — Тогда кто сделал этого ребенка?
— Погоди, погоди! Не торопись, — выставил руку вперёд Пушкарёв, будто защищаясь от страшной информации. — Ты думаешь, что Антоха, мой друг, спланировал изнасилование, а потом бросил девочку на произвол судьбы?
— Да. Я так думаю, — твёрдо ответил Илья и отвёл глаза.
Сергей Иванович вскочил и вдруг размахнулся и ударил Илью кулаком в челюсть.
— Мальчишка! Как ты смеешь! Уважаемого человека смешать с дерьмом! Не позволю!
От удара Илья упал со стула. Он поднялся на ноги, ещё не понимая, что сейчас произошло. Схватился рукой за щеку и вытаращенными глазами наблюдал за беснующимся подполковником. В кухню влетела мама. Она бросилась к сыну, но он сделал шаг назад.
— Серёжа, что ты творишь? — накинулась мама на друга семьи. — Что здесь происходит?
— Ты знаешь, что этот малолетний максималист говорит об Антоне? — кричал Пушкарёв, меря шагами кухню. — Знаешь, что говорит? У меня слов нет. Одни маты! — Сергей Викторович набрал в рот слюны, огляделся в запальчивости, куда сплюнуть, махнул рукой и с шумом проглотил.
— Кто мне объяснит, что случилось? — встала, подбоченившись, мама и грозно нахмурила брови.
— Твой сын заявил, что Антон шесть лет назад изнасиловал его подругу и теперь у неё растёт сын!
— Чт-о-о-о? Чушь! Неправда! — охнула мама и опустилась на стул. — Илюша, как… как ты можешь… Об отце…
Она сразу сгорбилась, руки повисли вдоль тела. Из высокой и красивой женщины мама в один миг превратилась в старушку. Илья сделал шаг навстречу. Раскаяние шевельнулось в груди, а потом волной ударило в голову.
— Мама! Мамочка! Прости! Я не оговариваю отца. Это факты…, — оправдывался он, чувствуя, что перегнул палку. — Я потому и не хотел рассказывать тебе. И сейчас жалею, что поделился с…
Он покосился на Сергея Викторовича, который, не останавливаясь ни на минуту, шагал по кухне.
— Ты щетки забрал? Зачем? — подошёл он вплотную к Илье, и столько страсти и ярости было в его голосе, что парень схватился за карман.
— Щетки? Какие щетки? — мама испуганно переводила взгляд с сына на друга, но они ее не слушали.
— Хочешь тест ДНК сделать?
— Да. Отца умер, ничего не разъяснив, но в сотне километров растёт мальчишка, похожий на него. И на меня. Смотрите!
Илья заторопился, достал из кармана телефон. Когда он прощался с Венькой, тайком от Олиной соседки сфотографировал ребёнка, чтобы иметь в руках доказательство. Илья открыл фото и положил сотовый на стол. В кухне наступила тишина. Сергей Викторович и мама рассматривали ясноглазого вихрастого мальчика с ямочкой на подбородке и молчали.
— Н-да! История! — протянул через минуту Пушкарёв и одним глотком опрокинул стопку коньяка.
— Похож?
— Погоди, не гони лошадей! В чем-то сходство есть. Глазки голубые и ямочка. Но, — подполковник назидательно поднял палец, — сколько людей по миру с такими чертами лица бродит! Открой свой интернет, посмотри картинки. Таких мальчишек вагон и маленькая тележка. Не факт, что его голубые глаза такими останутся. У малышей они все голубые. Ты приглядись, край радужки темный. Ещё поменяться может. Ни о чем это фото не говорит. Ни о чем! Так что… Верни щетки! — приказал Пушкарёв и протянул руку.
— Нет! — Илья сделал шаг назад. — Мне надо узнать правду.
— Господи! Да кому твоя правда нужна! Антона уже нет с нами, — застонала мама, до этой минуты молча слушавшая диалог, и закачалась на стуле.
Илье стало страшно. Когда он рассказывал Сергею Викторовичу о случае на выпускном, он искренне надеялся, что друг отца поможет разобраться. А теперь… Получается, он своей откровенностью только хуже сделал. Все ещё больше запутал.
— Мне нужна. Оле и Веньке нужна. Я не смогу жить с этой ношей, — тихо сказал Илья, сделал шаг назад и упёрся спиной в стену кухни: дальше дороги не было.
— Сделай! — вдруг с силой сказала мама. — Если тебе будет так легче, то сделай этот проклятый тест. Только, уверяю тебя, сын, потом будет стыдно.
Она встала, пошатнулась. Илья бросился к ней, но мама отодвинула его руки и вышла из кухни. Через секунду из комнаты донестись приглушённые рыдания.