«Вдох».
Я ведь умею дышать. Умела ведь.
И я не заметила, как Калеб подошёл ближе. Почти вплотную. Он улыбался. Нежно, ласково. Заправил прядь волос мне за ухо.
«Вдох, Тейт!»
Калеб… Почему я не чувствую того же, глядя в теплоту его глаз? Внимательный, честный, мужественный… Что ещё мне надо?
Огонь?..
Огонь убивает – это истина.
Шейн меня убивает.
Калеб наклонился к моему уху и с улыбкой на губах прошептал:
– Может, ну её, вечеринку? Устроим собственную: ты и я, куча сладостей и фильм про зомби?
Выгнала ненужные мысли из головы, улыбнулась и взглянула в пронзительные серые глаза, которые сегодня казались ярче, чем обычно.
– Я бы с радостью, но тогда две наши головы украсят главный вход Victory Records как напоминание каждому, кто решит отойти от правил, насколько суровым бывает директор Сок.
Калеб улыбнулся шире, обнажив ямочки на щеках, и незаметно коснулся моей руки:
– Я даже не забуду отключить телефон.
Усмехнулась. И картина спины Калеба перед глазами. Широкая, гладкая… Мышцы плавно перекатываются под кожей. Чёрные языки пламени тянутся к шее. Тянутся ко мне…
– Тейт?
Моргнула:
– М-м?
Калеб продолжал улыбаться – больше не казался мрачным, как пару дней назад.
– Я скучал по тебе.
– Я тоже скучала, – ответила искренне.
– Правда?
– Конечно.
Калеб перестал улыбаться и немного помолчал с серьёзным видом. Наверное, думает насчёт своего признания на той вечеринке… Да уж, ситуация довольно неловкая, когда столь серьёзный вопрос повис в воздухе. Надо срочно переводить это в шутку! Я ведь предупреждала, чтобы он не вёлся на провокацию Шейна. Пусть сейчас скажет, что ни о какой любви и речи не было, и я вздохну с облегчением, честное слово!
– Тейт, я…
– Ну всё, детишки! – Громкий хлопок в ладони. – Раз все в сборе, прошу на выход! Вечеринка ждёт! – Менеджер Кан повернулся ко мне и широко улыбнулся: – Тейт! Вы потрясающе выглядите! Просто сногсшибательно!
– Спасибо, – промычала я, глядя, как вся решимость на лице Калеба опускается до нулевой отметки.
– Пойдём, – просто сказал он, отпустил мою руку и пошёл к выходу.
А чёрные глаза всё ещё смотрели на меня. И в них совсем не было ненависти. Чтоб мне провалиться на этом месте, если в них была не ревность.
Вспышки фотокамер, куча папарацци, крики и визги фанатов, сдерживаемых клубной охраной. Самая настоящая очередь из машин, подъезжающих к главному входу, словно не простая вечеринка, а какая-нибудь музыкальная премия намечается!
У меня глаза на лоб лезли от всего этого ажиотажа. Обычно – раньше – я была с той стороны экрана, а теперь не я смотрю – на меня смотрят.
Наш чёрный гламурный автомобиль остановился.
– Шейн! Подашь Тейт руку! – отдал команду менеджер, выбрался на улицу и открыл перед парнями двери.
Визги…
О боже… Мои перепонки однажды не выдержат этого.
Какие, к чёрту, звёзды? Кто-то ещё должен прийти? Вот они – FB, здесь. Разве не на них пришли посмотреть все эти люди с плакатами и зарёванными лицами? Девочки, что же вы творите?.. Пожалели бы нервные клетки.
– FB! FB! FB!!!
Шейн покинул салон последним и протянул мне руку.
Ладно, это всего лишь игра.
Надо было слышать рёв толпы, когда моя рука коснулась его. Всё вокруг взорвалось, утонуло в крике хаоса. Девочки вопили наши имена, умоляли с ними сфотографироваться и просили никогда не расставаться.
А я не понимала, что происходит… Я вдруг растерялась. Словно в другой мир попала. В странный, дикий и сложный мир. Мотала головой из стороны в сторону не в состоянии выдавить улыбку, как это было велено. Дышала с трудом, боясь, что лёгкие вот-вот откажут. Это слишком большой стресс для меня. Я не подготовлена – не знаю, что это такое, не знаю, как с этим справляться.
Вспышки… Люди… Крики… Ощущения огня на коже той руки, за которую меня держит Шейн.
– Тейт и Шейн! Тейт и Шейн!
– Целуй!!! Целуй!!! Целуй!!!
Вспышки… Люди… Крики…
Слёзы… Они плачут… плачут в то время, когда я тону. Слышу собственное дыхание будто из-под воды. Приступ паники. Меня предупреждали. Говорили, что такое случается, наивно думала – меня это не коснётся.
Какая же дура…
– FB! FB! FB!
– Шейн! Шейн!
– Калеб, посмотри на меня!
– Патрик! Патрик!
А я тону… Падаю всё ниже… глубже… Под вспышки фотокамер, которые запечатлеют моё падение, в то время, когда я ещё даже на ноги встать не успела.
Всё размазанное… Дыхание рваное, отрывистое…
– Тейт! – Тёплые ладони на моих щеках, карие глаза, обеспокоенные. – Тейт!