«Бенсон! Свали уже куда-нибудь к чёртовой матери, у меня тут ситуация Х».
– Ни с кем?.. – всё, что смогла из себя выдавить, вот такая вот оригинальная.
– Ты знаешь, о ком я говорю.
О Шейне. О ком же ещё… Всё-таки что-то произошло между этими двумя, раз Калеб решил действовать. Раз Калеб знает, что между нами не только ненависть.
– Я больше не хочу думать о твоей реакции, прежде чем назвать тебя своей девушкой, – серьёзно говорил Калеб. – И я отлично понимаю, что в сложившихся обстоятельствах мы не сможем афишировать наши отношения, но… Чёрт! – С тяжёлым вздохом опустил взгляд и решительно заявил: – Я хочу, чтобы ты была только моей! Ничьей больше! Ты – всё, чего я хочу! Быть с тобой, смотреть на тебя, целовать тебя, говорить с тобой… Меня… меня будто на части разрывает, зная, что ты так близко и в то же время где-то в другой вселенной.
– Калеб…
– Выслушай! – Всё более и более решительный. – Уже прошло достаточно времени, чтобы разобраться. Мы не дети, чтобы бегать друг от друга и изображать глупых влюблённых, которые и за руки держаться боятся. Мне плевать на запреты и идиотизм, что крутится вокруг тебя и Шейна в Интернете. Однажды это всё закончится, и до тех пор я хочу быть рядом. Хочу всегда быть рядом. Я уверен в этом, как никогда и ни в чём не был уверен, но… хочешь ли этого ты, Тейт?
Калеб замолчал в ожидании ответа. А я зависла, как и обычно это бывает в сложно усвояемых для моего мозга ситуациях. Тараканы уже заблокировали все входы для здравых мыслей и оставили в голове один бред, который и произносить стыдно.
Уверена лишь в одном – я ни в чём не уверена.
А Калеб всё смотрит и ждёт. Ждёт и смотрит.
О боже… Какого дьявола?! Конечно, я должна стать его девушкой! Мне ведь нравится это парень! Тогда что мне мешает? Этот несносный идиот, который продолжает пялиться мне в спину? Он? Правда, что ли? Да Шейн плевать хотел на всех, кроме себя! Страсть у него… Ну, и что дальше? Перегорит и забудет, кто я такая…
А Калеб…
Мне всё ещё нужно время.
– Калеб! – О менеджер Кан, как ты вовремя! – Ты что тут делаешь? – Кан вперился в Калеба строгим взглядом, взглянул на меня, но так и не поинтересовался, какого такого дьявола я танцую с ним, а не с Шейном.
Калеб раздражен – я видела это. То, с каким трудом ему удалось сдержать поток недовольства, рвущийся изнутри.
– Иди готовься! – Кан хлопнул его по спине. – У вас выступление скоро.
– Не такое уж важное, все уже пьяные, – грубо ответил Калеб.
– Не такое уж важное?! – высоким голосом повторил Кан. – Не такое важное, как что?!
«Нет, только не смотри на меня. Калеб, не смотри».
Не посмотрел.
– Давай иди, – подталкивал его Кан, повернулся ко мне и протянул лист бумаги: – Да, Тейт, это тебе. Ничего, если мы перейдём на «ты»?
– Ничего, – с опасением промямлила я, неуверенно принимая из рук менеджера лист бумаги.
Не-ет. Это не просто листок. Это…
– Это табулатура новой песни, – твёрдо продолжил менеджер Кан, – твоё выступление через полчаса, Тейт. Ты ведь как-то говорила, что можешь выучить незнакомую партию за тридцать минут, верно? Можешь приступать. Время пошло.
Глава 14
Незначительная поправочка: партия и песня целиком плюс слова – совершенно разные понятия! Одно дело – выучить ритм, другое дело – выучить соло, третье дело – запомнить слова… Но всё вместе и за тридцать минут?! Меня опять на посмешище хотят выставить?!
Они что, меня с Джими Хендриксом перепутали?!
И что это за песня такая?! Что за слова о первой сопливой любви? Я похожа на подростка?
Что. Это. За…
– Это проверка! – Калеб отвёл меня в сторону – в наименее оживлённый уголок клуба, забрал табулатуру из рук и усадил меня на один из мягких полукруглых диванчиков. Пробежался глазами по строкам. – Слова – отстой. Музыка… Чёрт, тут соло-партия, которую даже мне полдня разучивать. – Сел рядом и взглянул на меня из-под нахмуренных бровей: – Тейт, Сок проверяет тебя. Это тест. И дело не в том, как ты исполнишь песню, дело в том, как ты выкрутишься из ситуации.
– Зачем он это устроил?! – негодовала я, чувствуя, как в голове откручиваются винтики и крышу уносит всё дальше, а мозг закипает. – Я выступала перед публикой, Калеб, для меня это легче, чем, например, появиться перед репортёрами! Но с чем я к ним выйду? С этим?! – Забрала листок у Калеба и яростно потрясла перед собой. – А это вообще нормально – выступать на сцене до дебюта?!
Калеб положил руки мне на плечи, мягко развернул к себе и снисходительно вздохнул: