Поътому посылаю всё к черту, хватаю Ковалёву за локоть и впихиваю в машину. Вякнет - прибью. Главное, чтобы она в машине тут у меня схлопнулась...
Может, забить на вопли этой дурехи и отвезти её в больницу?
Кидаю взгляд на неё и сразу хмурюсь: бледная, словно бумага, вся в крови, в синях и ссадинах...
На жертву насилия она не похожа, но создается острое ощущение, будто она подралась или... не знаю, убила кого-то.
И всё же отмечаю, что Ковалёва не просто разбита... Выглядит она очень несчастной.
Слезы в глазах, во взгляде - что-то очень горькое.
Ей кто-то звонит. Алиса бледнеет в одно мгновение. Так, словно кто-то недавно пытался её убить, а теперь звонит ей.
Замечает мой взгляд и сразу берет себя в руки. Просто вижу это. Разговор едва ли слышу, но почему-то голос того, кто с ней разговаривает на секунду кажется мне знакомым...
Скашиваю взгляд на датчик бензина и мысленно чертыхаюсь, а через минут пять сворачиваю на одну из любимых АЗС.
После заправки авто подхожу к машине, но заметив ужасающе бледное лицо Алисы в окне, понимаю, что упрямую колючку до одури жалко, и забивать на неё не хочется.
Тьфу ты!
Разворачиваюсь и иду за кофе. После такой хрени, которая сейчас произошла сам не против подзарядиться энергией.
Мы приезжаем к дому, и пока идём до квартиры перепалки с Ковалёвой всё больше выбешивают. Не знаю, как держу себя в руках, на самом деле, дико хочется схватить её и встряхнуть, а потом...
А потом?
В мыслях сразу возникают её губы. Красивые, аккуратные губки. Конопушки эти, рассыпанные по переносице, глаза горящие огнём, как и её медные волосы, в которые хочется зарыться лицом, просто потому что они не только вызывающе красивые, но и дико приятные на ощупь. Уже проверил сегодня.
Ненавижу себя за эту непонятную слабость - тяга какая-то к этой ведьме, вот и всё. Сто пудов это из-за того, что она меня дико бесит. Так ведь бывает, оыбчная психология, не иначе.
Когда Матильда говорит, что надо бы посмотреть за ней - понимаю, что иначе бы и не смог пусть Ковалёва и бесячая колючка.
Оправдываю это тем, что это мы с ней напоминаем разные полюса, оттуда и есть эффект притяжения.
А потом она влетает в меня в темном коридоре... Красивая, горячая, стройная и бомбически притягательная...
А ещё - она только в моей рубашке.
Влажные волосы, запах лавандового шампуня, упругие бедра, кожа эта светлая, словно бархат, и огромные глаза...
Скольжу взглядом и наслаждаюсь.
Приоткрытые губы, хмурые бровки, тонкие запястья. И вся Алиса - стройная и литая, словно вазочка из стекла.
Какой же огонь жизни бьётся в ней. В движениях этих бунтарских, во взгляде. Интересно, какие её губы на вкус?...
Лучше не думать. Ведь до одури хочется прижать её к себе, потопить в объятиях, вдохнуть запах с ложбинки на груди...
Меня ведёт только от одного её вида, а сейчас, когда она прячется только под одной моей рубашкой - вообще улёт.
Беспокоит другое - она испугана донельзя, и ей нужна помощь. Говорить она ничего мне не собирается, хрен там плавал, и вдруг утром, когда она буквально теряется от ужаса при виде закрытой двери и с опаской косится на меня, понимаю, что чтобы вчера ни произошло, она реально боится, что её личные границы начут нарушать самым грубым образом...
А потом конопатая убигает так быстро, словно вспышка какого-то огненного вихря, будто её и не было здесь.
Оставлет дико ноющий след в груди и гремучую смесь беспокойства в душе.
Надо с этим что-то делать. Определенно.
Глава 13
Полутьма, царящая в комнате, успокаивает. Горит ночник на тумбочке, за окном над шумным городом сверкают звезды.
Чувствую себя в безопасности, ведь где-то рядом Соболев. Несмотяр на весь его козлизм, я уверена, что он на него можно рассчитывать.
Клацаю по экрану смартфона. Новая вкладка выскакивает, и я ликую, понимаю, что нашла ту, кого искала.
Венера Памфилова.
Некоторое время рассматриваю фотографию: девушка с каштановыми волосами в летнем платье стоит на берегу реки и смотрит вдаль.
Закрываю глаза и собираюсь с силами, затем открываю сообщения и сразу пишу ей.
"Привет, Венера! Меня зовут Алиса. Не пугайся, пожалуйста, мне очень нужна твоя помощь... Это касается Димы Турина".
Сообщение улетает. Вижу, что Венера в сети, и с напряжением слежу за отметкой в переписке.
Если проигнорирует - мне останется придумать другой способ, как помочь себе и своим близким в борьбе за свою жизнь и здоровье. А если ответит, то, может быть, хотя бы подскажет мне что-нибудь.