Обогнув изгиб узкой пешеходной дорожки, их беззаботная болтовня внезапно оборвалась при виде двух мужчин, стоявших на тропе чуть впереди, с нижними частями лиц, скрытыми за темными повязками на головах. Адель крепче сжала его руку, явно напуганная грозными фигурами, которым нечего было делать на частной земле, окружавшей Рутерфорд-парк, загородное поместье их семьи. Он напрягся, двое против одного, шансы были не в его пользу, но он был большим, сильным и быстрым, и если они не были вооружены, у него был шанс. Однако, к несчастью, когда его глаза сфокусировались на людях впереди, он не заметил третьего человека, бесшумно выскользнувшего из-под прикрытия деревьев всего в нескольких футах позади и на мгновение опоздав. Прежде чем он успел среагировать, его поразил сокрушительный удар, и в следующее мгновение затылок, казалось, взорвался взрывом мучительной боли. Испуганный крик сестры был последним звуком, который он услышал, когда рухнул на землю и все вокруг почернело.
Здравствуйте, уважаемые читатели!!!
Это книга является пробой пера)))
Книга бесплатная.
Надеюсь вам понравится.
Лайки и комментарии приветствуются)))
Приятно чтения.
Глава 2. Гнусный план
Магдалена Кавендиш, пятнадцатилетняя герцогиня Эштонская, ошеломленно и недоверчиво смотрела на человека с которым неделю назад заключила брак.
- Господи, пожалуйста...я...вы...не можете ожидать, чтобы я соглашусь на это,- она запнулась.
- Уверяю вас, моя дорогая, что я могу, и я сделаю, - ответил он, его синие глаза были холодными и жесткими под его густыми седыми бровями, его пристальный взгляд был почти пугающий в своей интенсивности.
Елена как звали её родные, в смятении покачала головой из стороны в сторону.
- Но ведь должен же быть... другой путь?
- Все совершенно ясно, мадам. Так должно быть и так и будет, - его голос был резким и бескомпромиссным. - Вы хотите, чтобы я нанял кого-нибудь для этой работы? Может быть вы хотите что я взял ребёнка обнищавшего джентльмена, которому не везет, или, может быть, бастарда простолюдинки будет достаточно? - он сердито усмехнулся. - Этот ребенок будет моим наследником. Он будет воспитан как мой сын. Он, должно быть, безупречного происхождения, ребёнок истинного аристократа. И никто, никто, - подчеркнул он, - никогда не узнает, что он на самом деле не мой.
Елена потрясенно смотрела на мужа, ее мысли кружились в головокружительном вихре.
- Но почему не ваш племянник?- сказала она.
Он оборвал ее на полуслове, теперь уже почти крича.
- Мой племянник-никчемный идиот! - сердито выплюнул он. - Я не оставлю свой титул, свое состояние и все, ради чего я так упорно трудился, этому бездарному мужлану. - Он ударил кулаком, испещренным темно-коричневыми старческими пятнами, по крышке своего богато украшенного инкрустированного стола цвета красного дерева, отчего бренди, которое он держал в другой руке, выплеснулось через край тяжелого хрустального бокала.
- Ваша светлость, пожалуйста ... я ... … я не могу этого сделать, - она откинулась на спинку сиденья, моргая от жгучих слез.
Глаза ее мужа сузились, и он пригвоздил ее зловещим взглядом. С минуту он молчал, изо всех сил стараясь взять себя в руки. Она настороженно наблюдала за ним, жалея, что не может сказать вслух, о том что думает, что он, несомненно, сошел с ума, но также понимая, что не осмелится.
Наконец, подняв бокал, Джордж сделал глоток бренди, все еще пристально глядя на нее. Когда он опустил глаза, черты его лица стали чуть более расслабленными. Поставив бокал на стол, он встал, тяжело опираясь на трость с ручкой из слоновой кости, и подошел к высоким окнам, выходящим на обширную лужайку перед домом. Он молчал несколько долгих мгновений, неподвижно глядя на улицу, его глаза изучали широкую, безукоризненно ухоженную территорию перед поместье.
- Этот ребенок станет мужчиной, достойным моего наследия. Я позабочусь об этом, - сказал он через некоторое время, казалось, обращаясь теперь только к самому себе.
Елена продолжала бороться со слезами, когда до нее начал доходить весь смысл того, что Джордж рассказал ей за последние двадцать минут. Неужели он сошел с ума? Неужели он действительно намеревался похитить аристократа, а потом ожидать, что она ляжет с ним в постель, чтобы он сделает ей ребенка? Сама мысль об этом была отвратительна, немыслима! Как он мог ожидать, что она согласится на такое безумие, несмотря на серьезность его угроз? А как насчет этого человека, дворянина, которого он намеревался схватить и удержать против своей воли? На что он пойдет, чтобы обеспечить свое сотрудничество? Сама идея была порочной, аморальной и совершенно немыслимой. Это было не что иное, как безумие. Ей хотелось закричать, бросить что-нибудь, убежать, но конечно, она не могла сделать ничего из этого. Вместо этого она в последний раз попросила.