Упершись ладонями в землю, он приподнялся и с некоторым трудом сумел принять сидячее положение. Некоторое время он сидел неподвижно, собираясь с мыслями, пока пульсирующая боль в голове продолжала свой медленный пульсирующий ритм. Сделав несколько глубоких успокаивающих вдохов, он поднялся на ноги, немного пошатываясь, когда встал на ноги. Окинув взглядом окрестности, он был удивлен знакомым зрелищем, которое встретил его пронзительный взгляд. Он знал эту местность как свои пять пальцев. Он шел по тропинке, которая вела к небольшому пруду для рыбной ловли в восточном углу Резерфорд-парка, его родовому поместью, той самой тропинке, с которой он и его сестра были похищены.
Адель!
Внезапная мысль о сестре подтолкнула его к действию. Он быстро повернулся, чувствуя легкое головокружение, когда лихорадочно осматривался вокруг. Но где же она? Где же его сестра?
- Адель! - крикнул он. Спотыкаясь, он шел вперед, снова и снова окликая ее, а затем побежал по извилистой тропе. Но ее там не было.
Несколько минут спустя Алек распахнул массивную входную дверь своего семейного дома и ворвался в фойе.
- Адель! - крикнул он, и звук эхом разнесся по огромному пустому залу.
Дворецкий появился сразу же, на его лице отразился шок, когда он завернул за угол и увидел Алека.
- Милорд, вы дома, - сказал он, явно пытаясь скрыть свое удивление, когда увидел оборванный вид Алека.
- Хокинс, моя сестра, она здесь? - Спросил Алек с тревогой, поворачиваясь к седовласому мужчине, который служил дворецким Резерфордов еще до его рождения.
- Нет, милорд. - Его глаза были широко раскрыты, когда он с любопытством посмотрел на Алека. - Она уехала в Лондон вместе с вашей матерью и женой.
Алек вздохнул с облегчением , когда страх, который он чувствовал с момента пробуждения на тропе в одиночестве и смятении, медленно отпустил ледяную хватку на его сердце.
- Они уехали больше двух недель назад вместе с вашим братом, - сказал дворецкий.
Четырнадцать дней! Неужели Адель так долго была дома? Мысли его путались.
- С ней, с моей сестрой все было в порядке? - спросил он с легкой дрожью в голосе.
- Милорд? - растерянно переспросил старик.
Хокинс посмотрел на Алека так, словно тот сошел с ума. - Что-то случилось, милорд? Хокинс продолжал смотреть на него так, словно у него внезапно выросла вторая голова. Он хотел было задать еще один вопрос, но гулкий голос отца резко остановил его.
- Алек! - воскликнул герцог, бросаясь ему навстречу с выражением удивления и облегчения на лице. - Слава Богу, что ты дома.
Отец посмотрел на него так, будто хотел обнять, но потом остановил себя. Он бросил быстрый взгляд на Хокинса, а затем мимо него на двух лакеев, которые только что вошли в фойе. Выражение его лица сразу же стало более сдержанным, когда он схватил Алека за плечо.
- Пойдем, мой мальчик, в мой кабинет, ты расскажешь мне все о своем приключении.
Сбитый с толку, Алек молчал, пока отец вел его к задней части дома, и слово "приключение" эхом отдавалось у него в голове.
- Хокинс, пожалуйста, проследите, чтобы нас с сыном не беспокоили, - бросил герцог через плечо.
- Да, ваша светлость, - ответил он, бросив быстрый взгляд на двух лакеев, неподвижно стоявших в дальнем конце комнаты, и легкое поднятие изогнутых седых бровей было единственным признаком его затянувшегося замешательства.
Как только тяжелая дверь плотно закрылась за ними, отец Алека обернулся и крепко обнял его, демонстрируя несвойственные ему эмоции.
- Слава Богу, слава Богу, что ты в безопасности, - пробормотал он, прежде чем через мгновение отступить. Он быстро оглядел его с головы до ног. - Ты в порядке?
- Со мной все в порядке, отец, правда, - заверил его Алек. - Но, Адель, как Адель? - требовательно спросил он, все еще думая о благополучии сестры.
- Те ублюдки, что забрали тебя, никогда не трогали ее, слава Богу, - ответил герцог, качая головой, явно благодарный, хотя искра ярости вспыхнула в его изумрудно-зелены глазах. - Конечно, она была в отчаянии, как и все мы, когда тебя похитили, но в остальном с ней все в порядке. Именно твоей бедной матери было труднее всего держать себя в руках. - Он снова покачал головой, его лицо напряглось. - Иди. Садитесь, - сказал он, указывая на кожаный диван, стоявший у дальней стены кабинета. - Я приготовлю тебе выпить. Похоже, тебе это не помешает.
Алек подошел к дивану, его мысли бешено кружились. С Адель все было в порядке. Ее не похитили, ей никогда не угрожала опасность. Он был обманут. Хотя он почувствовал вспышку жгучего гнева на ложь, которая держала его привязанным к его похитителю крепче, чем любые цепи, облегчение, которое он почувствовал, зная, что безопасность его сестры никогда не была под угрозой, быстро затмило его первоначальную яростью. Он опустился на диван, закрыл глаза и откинул голову на подушку.