- К сожалению, мне придётся там быть, потому что моя мать заставила меня сопровождать её. Это её первый выход в свет после смерти моего отца и брата.
- Не смотри так мрачно, Резерфорд, - сказал Деймон, бросая одну из своих карт на середину стола. - У меня есть две сестры которые нужно сопровождать, и это уже второй сезон Алисии, а затем в бой вступит Брианна, но это будет только в следующем году. Я вынужден терпеть почти каждый бал и светское собрание в чертовом календаре моей матери.
- Примите мои соболезнования.
Отец Деймона скончался несколько лет назад, и теперь ему предстояло обеспечить удачным браком двух своих сестер. Алек определенно не завидовал ему в этом задании. Конечно, разбираться с аспектами брачного рынка было утомительным делом.
- Ну а я, например, с нетерпением жду бала у Милтонов, - заявил Энтони с лукавой усмешкой.
Остальные мужчины за столом, включая Алека, закатили глаза к небу, потому что среди их маленькой компании было хорошо известно, что Энтони питал к Фелиции Милтон не только мимолетный интерес. Кроме того, среди них и почти среди всех остальных членов общества было хорошо известно, что муж Фелиции-старый безмозглый дурак, понятия не имел, что его хорошенькая молодая жена, по слухам, переспала почти со всеми здоровыми джентльменами, бросившими на нее хотя бы мимолетный взгляд за последние несколько лет.
- Да ладно тебе, Резерфорд. Все будет не так уж плохо. Кроме того, не говори мне, что тебе ни капельки не хочется взглянуть на прелестную молодую вдову Эштона, - заметил Энтони, поднимая глаза от карт.
- Ему лучше не смотреть слишком пристально, если леди Люси рядом, - съязвил Деймон с дерзкой усмешкой. - Я слышал, что у баронессы довольно вспыльчивый характер.
Алек позволил маленькой загадочной улыбке изогнуть его губы. У Люси действительно был страстный темперамент, как в спальне, так и вне ее. Это была одна из тех вещей, которые он ценил в ней больше всего. Однако, что несколько удивительно, учитывая ее горячую натуру, она не была ревнивым типом, и это обстоятельство он ценил еще больше. Как и он, она наслаждалась свободой делать то, что хотела, и с кем хотела. Это делало их теперешние отношения идеальными.
Глава 19. Первый бал.
Когда их экипаж быстро подъезжал к лондонскому дому Милтонов, Елена нервно взглянула на серебристо-сереневый шелковый лиф своего бального платья. У нее было несколько новых платьев, в том числе и это, сшитое для нее перед поездкой в Лондон, но на этот раз она действительно надела их в первый раз. Узоры и ткани были гораздо более экстравагантными и утонченными, чем все, что она когда-либо носила, но мадам Дюбуа, высококвалифицированная французская швея, которую она наняла, для создания ее нового гардероба, гарантировала ей, что фасоны, которые она помогла ей выбрать, были верхом моды в Лондоне.
Тем не менее, она вдруг почувствовала себя неуверенно и с трудом удержалась от желания натянуть лиф платья с глубоким вырезом, который, по ее мнению, открывал довольно шокирующее количество ее груди. Однако Эмилия заверила ее, что она выглядит абсолютно безупречно. И по правде говоря, подумала она, оглядывая экипаж, покрой платья её подруги был даже немного более откровенным, чем у нее самой, а муж, сидевший рядом с ней, казалось, вовсе не думал, что что-то не так.
- Надеюсь, мисс Меррик не забудет дать Луи лекарство, прежде чем уложить его в постель, - забеспокоилась Эмилия, тревожно поглядывая на мужа.
- Дорогая, ты напоминала ей об этом не меньше полудюжины раз, - сказал лорд Уэксли, нежно улыбаясь Эмилии. - Я совершенно уверен, что она этого не забудет.
Елена знала, что сын Эмилии в последнее время страдал от какой-то неприятной болезни и что это был первый вечер Эмилии вне дома, со времене как мальчик заболел. Как мать, она не могла винить подругу за беспокойство, но она сама видела, что юный Луи действительно идет на поправку. В любом случае, она постаралась успокоить ее.
- Эмилия, нам незачем задерживаться. Уверяю тебя, я с удовольствием уеду, когда ты будешь готова вернуться домой.
На самом деле она, вероятно, будет готова уйти раньше Эмилии, хотя никогда не скажет этого вслух. Ее подруга была так взволнована предстоящим балом, что у Елены не хватило духу показать, насколько она не возбуждена. По правде говоря, она делала это только ради своих детей, потому что была бы более чем довольна провести остаток своих дней, мирно проживая в деревне. Однако Габриэлю и Рафаэлю, как герцогам, когда-нибудь придется занять свое место среди сверстников, и ее долг-начать прокладывать им эту дорогу. Как их мать, она должна была позаботиться о будущем своих сыновей.