Черт возьми! Он не ожидал, что будет чувствовать себя таким потерянным. По глупости, он думал, что прошедшая неделя могла бы хоть немного утолить его неумолимую тягу к ней, но это явно было не так. Он всё ещё хотел её, так же сильно, как и в ту самую первую ночь, возможно, даже больше, если быть полностью честным с самим собой. Как бы ему ни хотелось отрицать это, его потребность в ней была подобна негасимому огню, мчащемуся по его венам, скорее нарастающему, чем угасающему с каждым днем. Со вздохом смирения он, наконец, оторвал взгляд от бутылки и поднялся на ноги. Хотя виски могло бы временно уменьшить ожог, он знал, что этого будет недостаточно, чтобы потушить огонь.
Войдя в свою спальню несколько минут спустя, Алек собирался позвать своего камердинера, но затем его взгляд упал на кровать и обнаженную женщину, лежащую на ней. Она спала, закинув левую руку за голову. Это действие, очевидно, заставило простыню, прикрывавшую её, соскользнуть вниз, обнажая одну из её грудей перед его голодным взглядом. Хотя он был удивлен её поступком, часть его не могла не восхищаться её смелостью. Очевидно, они оба хотели одного и того же, во всяком случае, в одном отношении. Подойдя к кровати, Алек снял фрак и небрежно бросил его на ближайший стул.
Услышав слабый звук, Елена пошевелилась во сне, и мгновение спустя её глаза открылись. Она моргнула и попыталась сосредоточиться. Она не собиралась засыпать. Повернувшись на звук, который разбудил её, она увидела Алека, стоящего у кровати, его руки расстегивали пуговицы на сорочке, его глаза были прикованы к ней. Она с облегчением отметила, что он не выглядел сердитым. На самом деле, если его пылающий взгляд был каким-то признаком, он испытывал совершенно другие эмоции. Сев, Елена позволила простыне соскальзнуть, обнажая себя под пристальным взглядом Алека. Его глаза слегка расширились, и на мгновение его руки замерли. Голодный взгляд, который она увидела в его великолепных сапфировых глазах, придал ей всю необходимую смелость. Она медленно поднялась на ноги и подошла, чтобы встать перед ним. Не сводя с него глаз, она потянулась вперед, а затем неторопливо начала расстегивать оставшиеся пуговицы на его сорочке.
Глава 36. Риск, на который она должна пойти
Сидя в тишине своего кабинета, Алек услышал звук смеха мальчиков, весело бегавших по саду за домом. Этот прекрасный звук отвлек его от изучения домашних счетов. Он, Елена и мальчики жили в Резерфорд-хаусе уже почти месяц, и, как всегда, звуки детских голосов наполняли его счастьем. Оторвав взгляд от стопки бумаг, разбросанных по его столу, он повернул голову к окну. Глядя через стекло, он улыбнулся, увидев Габриэля, скачущего по траве в погоне за чем-то, что выглядело довольно пухлой белкой с пушистым хвостом. Посмеиваясь, он наблюдал, как выражение лица его сына превратилось в гримасу разочарования, когда проворный грызун взобрался на ближайшее дерево, быстро карабкаясь по ветвям, пока не оказался вне досягаемости Габриэля.
В отличие от Рафаэля который имел более спокойный характер, Габриэль и Даниэль вели себя почти так же, как он в детстве. Они были полны безграничной энергии, дико любопытны, а также умны. Он не мог бы гордиться больше, потому что его дети были всем, на что он мог надеяться, и даже больше. Однако, наблюдая за мальчиками, он обнаружил, что его мысли неожиданно обратились к Джорджу Кавендишу, а мгновение спустя к Мейсону Бингхэму. Со всей этой суетой, окружающей их с Еленой помолвку и последующий брак, он с некоторым чувством вины осознал, что почти не думал о Нельсоне после несчастного случая.
Войдя на следующее утро в Вестминстерскую больницу, Алек направился к стойке регистрации и предъявил свою визитную карточку одной из двух женщин средних лет, которые сидели за ней.
- Я полагаю, что доктор Филдинг ждет меня, - сказал он.
Миниатюрная седовласая женщина взглянула на карточку и тут же поднялась со своего места.
- Конечно, ваша светлость, - сказала она, делая короткий реверанс, когда обошла стол и встала перед ним. - Я сестра Лойд. Если вы соблаговолите следовать за мной, я провожу вас в его кабинет.
Следуя по ряду длинных коридоров, они вскоре остановились у кабинета директора больницы. Тихонько постучав в дверь, сестра Лойд открыла её и жестом пригласила Алека войти.
- Герцог Резерфорд хочет видеть вас, доктор Филдинг.