— Я тебя не стыжусь, — будто прочитав его мысли, горячо проговорила она. — Я горжусь.
О черт, она уже перестала плакать, а вот он сейчас разрыдается. Чем он заслужил такую замечательную дочь?
— Это только один мальчик? — хриплым голосом спросил Макс. — Или их больше?
Лу мгновение колебалась.
— Больше. Но Эдди худший.
— А девочки?
Она пожала плечами.
— Иногда они смеются над тем, что он говорит. Но по большей части с ними нет проблем.
— Хочешь перейти в другую школу?
— Нет. — Она замотала головой и обняла его. — Кто сказал, что в другой школе все будет по-другому? Везде есть идиоты, которые слишком тупы, чтобы понимать других.
— Если когда-нибудь захочешь уйти из этой школы, скажи. Я серьезно.
Лу поморщилась:
— Возможно, мне придется уйти. Еще ничего не ясно. Вероятно, к следующей неделе меня выкинут.
— Я позабочусь о том, чтобы этого не произошло. Выкинуть тебя после всего, что тебе устроил этот маленький негодяй? Ни за что. Завтра же встречусь с миссис Херон. — Макс внимательно посмотрел на Лу. — Так или иначе, мы решим этот вопрос.
Глава 31
Когда тебе нравится нравственно испорченный человек, ты начинаешь уделять больше внимания своей внешности, и когда ты случайно сталкиваешься с ним, тебе спокойно от сознания, что ты выглядишь потрясающе.
И здесь дело не только в макияже. Еще и в одежде. И даже в нижнем белье. Тилли понимала, насколько все это нелогично, но все равно продолжала это делать. Вместо того чтобы надеть старые бюстгальтер и трусы, она старательно выбирала — нет, не лучшее, — но красивое белье, в котором не стыдно показаться на людях. Она также стала носить более красивую одежду, чаще укладывать волосы и накладывать макияж, и даже ноги она теперь брила чаще — не раз в две недели, да и то, если времени хватит, а два раза в неделю.
Сначала она пыталась притворяться, будто ничего не происходит, потом признала, что что-то происходит, и стала притворяться, будто делает это ради себя самой.
Когда Макс заметил в ней перемены и принялся подшучивать над ней, она заявила ему, что чувствует себя неряшливой клушей рядом с Тэнди и ее шикарными ухоженными ЖИВ-подружками.
Однако на самом деле Тилли знала, что все это ради Джека.
И то, что она не виделась с ним уже целых две недели, выводило ее из себя. Каждый день она старательно наводила марафет, а он так и не появлялся.
Просто какой-то перевод косметики и дорогого белья.
Тилли не знала, где он. Макс с головой ушел в работу по переделке дома Джеми и Тэнди. Возможно, Джек уехал куда-нибудь в отпуск. Или познакомился с девушкой, которая взяла его за душу и теперь занимает все его время. Чем больше вариантов придумывала Тилли, тем хуже ей становилось. А вдруг он очень занят построением своей империи по недвижимости?.. Да, это лучший из вариантов, и с ним можно мириться. Боже, она превращается в Стеллу. Наверное, вот так человеком овладевает сумасшествие, ревность медленно вползает в душу, обвивается вокруг шеи и душит тебя?
— Эй! — Лу отскочила в сторону, когда Тилли, забыв о насущном деле, случайно направила на нее шланг.
— Извини, извини.
День был жаркий — наверное, самый жаркий в году, — так что Тилли не сильно сокрушалась. Ради шутки она еще раз облила Лу водой. Девочка опять отскочила в сторону и с пронзительным визгом забежала за гараж.
Развеселившись, Тилли вернулась к мытью машины. В любую секунду Лу прибежит назад и попытается завладеть шлангом, но она готова к бою, у Лу нет шансов. Тилли услышала шаги по гравию и крепко сжала шланг. Ага, вот оно, на этот раз она обольет ее с ног до головы, чтобы…
— А-а-а-а! — заорала Тилли, когда мощный поток ледяной воды едва не сбил ее с ног. Непроизвольно сделав шаг, она повернулась и поняла, правда, слишком поздно, что Лу вылила ей на спину только половину ведра воды.
Оп-ля — и остатки воды попали в цель. Теперь у Тилли были мокрыми джинсы, майка и волосы.
— Ну все, тебе несдобровать. — Смаргивая воду с глаз и отряхиваясь как собака, Тилли переключила пистолет-распылитель с мягкого душа на жесткую струю. Она ухватила пистолет обеими руками и, прицелившись в стиле Клинта Иствуда, приготовилась нажать на рычаг. — Теперь ты очень пожалеешь, что сделала это.
— Помогите! Убивают! — Взвизгивая и хохоча, Лу пыталась увернуться от холодной воды, бившей ей по ноге. — Кто-нибудь позвоните в органы соцопеки!