Вскрикнув от неожиданной боли, Уэйд зажал рану левой рукой и выронил шпагу. Блад немедленно отступил, поднимая клинок.
— Джентльмены, ваш поединок завершен, — произнес лейтенант Крайтон. — Признаете ли вы теперь отсутствие взаимных претензий?
Блад кивнул, совершенно не чувствуя удовлетворения от своей победы, а лорд Джулиан насупился и повернулся к нему спиной, пряча ярость уязвленного самолюбия.
Крайтон с облегчением перевел дух: рана лорда Уйэда была легкой. Скорее всего, его светлость постарается избежать огласки, посему можно считать, что поединок закончился благополучно. Он подошел к Уэйду и помог ему перетянуть платком кровоточащую руку, после чего оба покинули место дуэли, обменявшись на прощание учтивыми кивками с Бладом и мрачным Питтом.
— Лорд этого так не оставит, — пробормотал Джереми, когда они уже плыли в шлюпке. — Ты бы видел, как он смотрел на тебя, Питер.
Блад не ответил: его мысли были далеко. Он не может и дальше откладывать встречу с Арабеллой! Он сейчас же отправится к губернатору Бишопу и, черт побери, найдет ее и настоит на разговоре, даже если ему придется просить ее руки у всех на виду.
Однако когда Блад поднялся на борт корабля, его ждала неприятная новость. Встречающий их у штормтрапа Волверстон на него исподлобья и буркнул:
— Надо потолковать, Питер.
***
Нельзя сказать, что эта ночь для мисс Бишоп прошла спокойно. Проснувшись, она еще какое-то время лежала в постели, размышляя о случившемся накануне вечером. Ее смутила настойчивость лорда Джулиана, да и встреча с Питером представлялась девушке совсем иначе. Затем она подумала о мадемуазель д'Ожерон, и ей вновь стало грустно. Кроме того, Арабеллу неприятно удивило, что Блад будто бы искал ссоры с его светлостью. А то, что сама она оказалась невольной причиной их спора, лишь усугубляло ее терзания.
Косые солнечные лучи проникли сквозь листву эбеновых деревьев, росших возле окон спальни, вспыхнули на меди стоящего на столике подсвечника. В дверь осторожно постучали.
— Мисс Арабелла! — послышался голос Джилл.
Арабелла вздохнула: с чего она взяла, что нелюбезный разговор между Бладом и его светлостью приведет к серьезным последствиям? Ни к чему предаваться унынию, пора вставать.
Утренние часы, пока зной не становился палящим, девушка обычно проводила в саду, устраиваясь в тени азалий с книгой. Но в это утро душевный разлад не позволял ей погрузиться в чтение, и она решила немного прогуляться.
В конце аллеи показался лорд Уэйд, закутанный, несмотря на припекающее солнце, в черный плащ. Его светлость не смотрел по сторонам, и Арабелла хотела было свернуть на другую дорожку, чтобы разминуться с ним. Но, приглядевшись, она заметила, что его правую руку стягивал окровавленный платок, а лицо покрывала подозрительная бледность. Охваченная тягостным предчувствием, Арабелла поспешила ему навстречу.
— Что случилось, лорд Джулиан?
— Ничего, требующего безотлагательного вмешательства, — огрызнулся Уэйд, однако, спохватившись, тут же добавил: — Прошу прощения, мисс Бишоп.
— Вы ранены? Как это произошло? — обеспокоенно спросила она.
В глазах лорда Джулиана сверкнул гнев, и он отвернулся, однако Арабелла уже знала ответ. Ее опасения были обоснованными — дуэль состоялась! Оба — и лорд Уэйд, и Блад, — точно лишились рассудка: совсем недавно их отношения можно было назвать почти дружескими! Но что с Питером? Хотя интуиция подсказывала ей, что беспокоиться следовало не о нем, он тоже мог быть ранен... или?
— Он даже не оцарапан. Ведь вас это тревожит, не так ли? — процедил его светлость, бросив на нее косой взгляд.
Вместе с невольным облегчением Арабелла ощутила тоску. После объяснения, произошедшего на корабле, ей верилось, что она гораздо лучше понимает Блада, и в ее голове не укладывалось то, с какой легкостью — и по ничтожному поводу — он мог вызвать лорда Уйэда. И, вероятно, даже убить его — как Левассера! А она... она словно оказалась на месте мадемуазель д'Ожерон!
Арабелла даже задохнулась от неожиданного сравнения, а ядовитый голос Уэйда прозвучал эхом ее мыслей.
— Видимо, для капитана Блада это обычный способ выяснения отношений и устранения соперников, — он в упор смотрел на Арабеллу. — Но меня это не удивляет. А вот ваш выбор, мисс Бишоп, признаться, стал полной неожиданностью!
Краска смущения предательски проступила на щеках Арабеллы: неужели каким-то образом лорд Уэйд догадался о ее чувствах к Питеру?