Она коснулась повязки на шее и поморщилась:
— Что со мной?
— Ранка воспалилась, и тебя лихорадит. — Блад дотянулся до стоящего рядом с кроватью кувшина воды с разведенным в ней лекарством и налил питье в кружку. — Выпей, — сказал он, бережно приподнимая ее голову. — Ты обязательно поправишься.
Арабелла выпила горьковатое снадобье, обвела взглядом каюту, недоуменно взглянула на Блада.
— Это «Атропос», — подтвердил он и погладил ее по запавшей щеке. — Кстати, капитан Волверстон очень переживает о твоем самочувствии. А сейчас хорошо бы тебе немного поспать.
— А ты?
— Я буду рядом.
— Рядом... — Арабелла зажмурилась от внезапно нахлынувшего на нее стыда, подумав, что ее болезнь вынудила Питера взять на себя полный уход за ней.
Догадавшись о причине ее смущения, Блад сказал дрогнувшим голосом:
— Ты бесконечно дорога мне, Арабелла. И не надо стыдиться — ведь, помимо всего прочего, я еще и врач.
Выбор
На рассвете «Атропос» вошла в Кайонскую бухту. Блад поднялся на ют и подошел к Волверстону, наблюдавшему, как Джереми Питт аккуратно подводит фрегат вплотную к «Арабелле».
— Эй, на «Атропос»!
На палубе «Арабеллы» стоял Хагторп.
— Здорово, Нат, — ухмыльнулся Волверстон.
— Не спится, Хагторп? — спросил Блад. — Что-то случилось?
— Вроде того. Я расскажу тебе.
— Мне тоже нужно с тобой поговорить. Будь добр, найди Бена, пусть готовит завтрак. А после все и обсудим. Да, и пусть... наведет порядок в моей каюте.
Хагторп если и был удивлен подобными распоряжениями, то не показал виду. Кивнув, он отошел от борта. Блад дождался, когда «Атропос» закончит швартовку, и затем спустился в каюту. Арабелла еще спала. Он не собирался ее будить, но она неожиданно содрогнулась всем телом и, всхлипывая, приподнялась на локте.
— Дурной сон? — негромко спросил Блад.
При звуке его голоса Арабелла чуть не разрыдалась. Значит, Питер и залитая вечерним солнцем каюта не привиделись ей в бреду! Она встретилась с ним взглядом и смутилась: в глазах Блада была нежность, на которую Арабелла уже не надеялась.
— Это был только сон...
Досадуя на себя за несдержанность, она опустилась обратно на постель.
Блад подошел к кровати.
— Как сегодня себя чувствует моя самая драгоценная пациентка? — его пальцы обхватили запястье девушки, нащупывая пульс.
— Я... очень устала, — призналась она.
— Жар еще держится, но несколько дней в покое — и тебе станет лучше. Мы уже на рейде Кайоны, и я хотел бы перенести тебя на мой корабль.
Арабелла беспомощно взглянула на Блада, и тогда он сказал, пристально глядя ей в лицо:
— Недопустимо и непростительно с моей стороны и дальше откладывать это. Арабелла... ты станешь моей женой? Я долго выбирал подходящий момент, а потом... все полетело к чертям...
— Питер...
— Могу я надеяться, что ты окажешь мне эту честь? С пиратством покончено. Мы уедем в Голландские колонии... во Францию...
— Питер, тактебя интересует мой ответ? — Арабелла вздохнула. — Я думала, ты отказался от меня... После всего...
— Вот этого я как раз не сумел сделать, хотя и пытался, — усмехнулся Блад, продолжая напряженно смотреть ей в глаза.
— Да, Питер, да, — тихо рассмеялась она.
Блад привлек ее к себе, целуя в уголок губ, затем в висок, где билась голубоватая жилка.
— Но тут есть еще одно препятствие... — пробормотала она.
— Какое, любовь моя?
— Кто согласится венчать католика и англиканку?
Он сдавленно застонал:
— Я найду священника и... попрошу его совершить церемонию.
— Может быть, мистер Волверстон окажет нам такую любезность?Капитан Волверстон?
Блад изумленно воззрился на нее:
— Арабелла, ты и в самом деле готова прибегнуть к этому обычаю?
— Раз уж не остается другого выхода, — ответила она и уткнулась Питеру в шею.
***
Хагторп вернулся в Кайону днем ранее. Когда он собирался сойти на берег, к нему в каюту ворвался Дайк.
— Его превосходительству д'Ожерону срочно понадобился Питер, — выпалил он с порога.
Хаторп, еще входя в Кайонскую бухту, заметил, что «Арабелла» по-прежнему стоит на рейде, и поэтому лишь пожал плечами:
— Кто из нас его лейтенант?
— Тут такое дело, Нат... — пробормотал Дайк. — Волверстон привез капитану девушку. Ну... — он замялся, — ту самую, из Порт-Ройяла, племянницу полковника Бишопа...
— Да он рехнулся?! — перебил его опешивший Хагторп.
— Не иначе. Но это еще не все. Ее похитил Каузак, и Питер за ним погнался. На «Атропос»,— на всякий случай уточнил Ник. — А месье д'Ожерон весьма расстроен и намекает на какие-то заманчивые предложения... — Он с надеждой взглянул на Хагторпа. — Может, ты отправишься к губернатору?
— Сомневаюсь, что его превосходительство поделится со мной своей бедой, — скептически заметил Нат.
Тем не менее, Хагторп побывал у д'Ожерона, который сообщил ему о начавшейся в Европе войне. Губернатор и вправду огорчился, узнав, что Хагторп не знает, когда же вернется капитан Блад. Поколебавшись, он все же изложил суть дела: пиратам предлагалось оказать содействие барону де Риваролю, который возглавлял в Вест-Индии боевые действия против Испании. Нат задумался: речь шла о службе королю Франции, и лично ему предложение губернатора представлялось достойным внимания. Он заверил д'Ожерона, что непременно известит Блада, как только его увидит. Осталось только выяснить, как ко всему этому отнесется Питер. Впрочем, Хагторпа терзали плохие предчувствия, — учитывая, в каком скверном настроении пребывал капитан после своего возвращения с Ямайки. Да еще эта дикая история с похищенной девицей!
Из губернаторской резиденции он отправился прямиком на «Арабеллу» и застал там Кристиана и Ибервиля: оказывается, неугомонный лейтенант Блада успел их позвать. Оба капитана восприняли новости с воодушевлением и были готовы отправиться в Пти-Гоав на воссоединение с эскадрой де Ривароля хоть завтра. Хагторп остудил их пыл, напомнив, что переговоры будут вестись прежде всего с Питером Бладом.
Французы не скрывали своего неудовольствия, а Кристиан раздраженно проворчал:
— О да, если капитан Блад захочет вести их!
— Ты как будто сомневаешься в этом? — Нат мрачно посмотрел на него .
— А ты нет? — огрызнулся тот. — Ни для кого не секрет, чем он предпочитает заниматься в последнее время!
Хагторп недобро прищурился:
— Тебя что-то не устраивает, Кристиан?
— Кристиан всего лишь высказал опасения, — попытался разрядить обстановку Ибервиль. — Разумеется, мы дождемся возвращения «Атропос». Пойдем, Шарль, — позвал он насупленного капитана «Клото».
После их ухода Нат проговорил с Дайком до глубокой ночи и устроился спать в кают-компании, а на рассвете его разбудил громкий голос вахтенного, кричавшего, что в бухту вошла «Атропос»...