***
Очевидно, погоня за Каузаком увенчалась успехом, поскольку Нед довольно ухмылялся. Лицо Блада было спокойным, даже умиротворенным. Более того, у Хагторпа сложилось впечатление, что капитан был трезв, и он позволил себе надеяться, что все утрясется. Он передал сонному Бену поручения и вновь поднялся на палубу, которую заполнили пираты из команды «Арабеллы». Хагторп огляделся, отыскивая взглядом капитана, и в изумлении вытаращил глаза.
Блад и в самом деле был трезв. Он шел по перекинутым между двумя кораблями сходням, бережно держа на руках завернутую в покрывало хрупкую девушку. Мисс Бишоп. Хагторп узнал ее сразу, хотя видел всего пару раз. Солнечный день, когда он вместе с другими несчастными стал собственностью ее дяди, навеки врезался в его память. Глаза мисс Бишоп были закрыты, и судя по тому, как бессильно клонилась ее голова, девушка была либо ранена, либо тяжело больна. Блад что-то негромко сказал ей, вероятно, подбадривая, и она слабо улыбнулась. Пираты расступились перед ним, а Питер, заметив Хагторпа, кивнул ему и ушел в свою каюту.
Нат покачал головой: как Питер смотрел на мисс Бишоп... Ну и ну, кто бы мог подумать!
— Рад тебя видеть, Нед. А не поведаешь ли ты мне, что тут у вас творится? — окликнул он Волверстона.
***
Разговор со старым волком только добавил Хагторпу сомнений, но, тем не менее, он подробно изложил Бладу события предыдущего дня.
— Как по мне, это стоящее дело, тем более нам обещаны каперские грамоты, — добавил Нат.
Питер внимательно слушал его и покуривал трубку, выпуская одно колечко дыма за другим. Служба королю Людовику, конечно же, не являлась пиратством, однако он не чувствовал никакого желания ввязываться в эту авантюру и оставлять Арабеллу, когда она была еще так слаба. Не поручит же он ее попечению губернатора д'Ожерона!
— Ты упомянул, что Ибервиль и Кристиан согласны примкнуть к де Риваролю? — наконец спросил он у Хагторпа.
— Да. Но месье д'Ожерон хочет договариваться с тобой, Питер.
— Нед, твое слово? — Блад повернулся к Волверстону.
— Надо бы узнать, на каких условиях нам придется лезть под испанские пули, — проворчал Волверстон.
— Тогда так, — сказал Питер. — Я должен завершить кое-какие дела и после этого отправлюсь к его превосходительству. Выясню условия и сообщу ему, что мои капитаны вправе самостоятельно принимать решение.
— Де Ривароль рассчитывает на пять кораблей, а самое главное — на то, что именно ты поведешь их в бой, — возразил Хагторп.
— Ему придется либо принять тех, кого устроит его предложение, либо остаться ни с чем.
— Люди измаялись без дела, и многим не помешало бы добыть немного звонкой монеты. Если они узнают... — заметил Нат.
Лицо Блада стало суровым:
— По нашему договору они свободны в своем выборе.
«Да что это на него нашло?» — с досадой подумал Хагторп.
Вздохнув, он отважился задать прямой вопрос:
— Скажи, Питер, дело в мисс Бишоп? Эскадра де Ривароля еще в пути, и если тебе необходимо вернуть девушку домой...
— Мисс Бишоп оказала мне честь, согласившись стать моей женой.
Хагторп присвистнул и глянул на Волверстона. Тот пожал плечами и криво усмехнулся.
— Мои поздравления, — буркнул Нат и замолк, не зная, что еще сказать.
Опасения Кристиана, равно как и его собственные предчувствия, оказались более чем обоснованными, хотя причина заключалась отнюдь не в роме. Блад обвел взглядом вытянувшиеся лица капитанов, и в его глазах Хагторп увидел насмешку. Но все же он предпринял еще одну попытку:
— Речь не идет об обычном пиратском рейде.
— Война началась не вчера и закончится не завтра, — спокойно ответил Питер. — Если король Людовик начал боевые действия против Испании, рано или поздно в войну втянутся все государства Аугсбургской Лиги. И это дает массу возможностей — как для бесславной и скорой гибели, так и для почестей и обогащения. Вопрос в том, на чью сторону встать.
Все больше мрачнея, Хагторп спросил:
— И на чью же?
— Меня охватила ностальгия по моим старым друзьям, — усмехнулся Блад.
— Неужто испанцам? — подозрительно буркнул Волверстон.
— Боже упаси. Я имею в виду голландцев и их принца Вильгельма.
— Ты в своем уме? Они приветят тебя пушечными залпами! — взревел Нед. — И надо еще добраться до голландских колоний!
— Не только французам понадобятся каперы. И думаю, мне не составит труда набрать команду из добровольцев.
Старый волк побагровел и насупился. В кают-компании повисло молчание, которое вдруг нарушил Хагторп:
— Погоди. Я по-тихому побеседую с нашими людьми и выясню их настроения.
— Ну, тогда здесь двое спятивших! — раздраженно рявкнул Волверстон.
Он поднялся, яростно сверкая единственным глазом, и вышел из каюты.
— Нат, — проговорил Блад, — я ничего не могу гарантировать ни тебе, ни тем, с кем ты будешь разговаривать.
— А разве три года назад было иначе? — широко ухмыльнулся Хагторп.