Инстинкт говорил ему об опасности, однако норов не позволял признать свое поражение. Он надменно выпятил подбородок, а его пальцы сжали набалдашник трости, как будто это был эфес шпаги.
— Питер, лорд Уэйд слишком ошеломлен нашей внезапной встречей, — поспешила вмешаться Арабелла, — Ради дружеской беседы он даже пренебрег важными делами, которые ждут его, — она перевела взгляд на Уэйда. — Мне негоже слишкомзлоупотреблять вашим вниманием, милорд.
Уэйд бросил взгляд на Блада, и в его глазах мелькнула ненависть, а губы презрительно скривились. Но усилием воли придав лицу безразличное выражение, он нарочито медленно поклонился и пошел в сторону выхода .
— Чего хотел этот хлыщ? — негромко спросил Блад у жены.
— Лорд Уэйд усомнился в законности нашего брака, — Арабелла не скрывала своего беспокойства: — Понимаешь, он сказал, что брак можно опротестовать.
— Не волнуйся, душа моя, — Блад пристально смотрел вслед Уэйду: — я досконально все выясню, и если потребуется, мы... повторим церемонию, — он усмехнулся: — В присутствии лорда Уэйда. Недопустимо,чтобы сомнения продолжали и дальше терзать его светлость.
Встречи и расставания
май 1689
— Чем ты теперь займешься, Нат? — Волверстон настороженно и выжидательно смотрел на полулежавшего в подушках друга.
— Я думал о Бриджоутере. О моих... что остались там.
— И что надумал?
Нат неопределенно повел левым плечом. Уже с неделю, как письмо его родным отправилось в Англию, но ответ, если и будет, придет нескоро. Он сам быстрее доберется до дому. С каждым днем ему становилось все лучше, однако странное ощущение зыбкости всего окружающего не покидало его. Это ощущение не нравилось ему, Нат старался подавить его, списывая все на последствия контузии. Он знал, что желает услышать Нед, но вместо ответа задал встречный вопрос:
— Сам-то ты что решил?
— «Атропос» готова выйти в море хоть завтра.
— Уверен, что это верное решение?
— Более чем, — огрызнулся старый волк.
— Вернешься на Тортугу?
— Тортуга или нет, видно будет. Ну а ты-то? — не отступал Волверстон. — Ремонт «Элизабет» почти закончен. Да и ты через пару недель поднимешься на ноги.
— А капитан?
— Что капитан? Если помнишь, он уже не капитан, а господин губернатор. А я и раньше не собирался и теперь не собираюсь спину гнуть. Ни перед кем.
Волверстон угрюмо насупился под испытующим взглядом Хагторпа. Его разговор с Бладом состоялся как раз накануне, и не слишком обрадовал старого волка. Впрочем, иного результата он не ждал...
...Он подошел к наблюдающему за ремонтом «Арабеллы» Питеру и едва ли не вместо приветствия поинтересовался, где его люди могут набрать пресную воду.
— Я надеялся, ты передумал, Нед, — заметил Питер, внимательно глядя на него.
— С чего бы мне передумать, — строптиво ответил Волверстон, — ждал, пока ребята подштопают свои шкуры.
— И что дальше?
— Знамо дело — буду гонять испанцев.
— Ситуация изменилась. За тобой будут охотиться не только испанцы. За нападения на корабли союзников тебя вздернет на рее любой английский или голландский капитан.
— Значит, постараюсь не попадаться им в руки, — выпятил челюсть Волверстон.
— Каперская грамота могла бы защитить тебя. А у меня есть полномочия выдать ее.
Нед задумался, но потом покачал головой:
— Нет, Питер. Не спорю — заманчиво, но пожалуй, я откажусь.
— Твоему упрямству может позавидовать осел, — с прорвавшимся раздражением проговорил Блад.