- Я не могу ему отказать в этом, когда давал клятву перед алтарём с женой. - Прозвучал голос отца с приоткрытой двери?
Дядя терпеть не мог человека, который изнасиловал его сестру. Тем не менее позволил ему явится к себе домой спустя двадцать один год. Боюсь, если бы мой дед был бы жив Крейнтсон лишился своей головы очень быстро.
Мама смотрела с омерзением на дверь, с которой доносился голос моего отца. Я же не могла подавить любопытство, когда подошла ближе, чтобы услышать больше.
- Мне плевать, что ты можешь, а что нет, Хоринг - Прорычал дядя. - Когда дело касается моей племянницы - я стаю очень злым и кровожадным.
- Я беспокоюсь о благополучие своей дочери не меньше чем ты, но это единственный шанс вставить ей здравый ум и выйти с выигрышем.
- Подлаживаться её под грёбаного садиста, это твоя забота?
- В своё время ваш отец спокойно отплатил мне телом Виолы. - Самодовольство в голосе Хоринга можно было расслышать даже сквозь преграду.
После этих слов дверь резко захлопнулась, от чего картина со стены упала на пол. Я могла предположить, что именно тело отца врезалось с такой силой в камень дома. Купер, один из моих старых телохранителей, быстро среагировал и заступил всю обзорность. Когда дверь в кабинет распахнулась, кто-то упал на мраморный пол, я могла увидеть только капельки крови из-за спины своего охранника.
Было ли мне жалко своего отца? Нет , даже если я и не пытала к нему ненависти. Хорингу Крейнтсону стоило держать язык за зубами, как он учил этому нас со сводными братьями. Он был Подручным и не мог так вольно вести себя с Консильери, учитывая к тому натянутые отношение между мужчинами.
- Что здесь происходит? - Раздался строгий голос мамы.
Все синхронно повернулись в сторону женщины, с трудом подавляя своё удивление. Эту сторону матери люди не привыкли видеть, ведь она всегда излучала саму гармонию и элегантность. Но добрая натура пропадала, когда дело касалось благополучия семьи.
Под прожигающим взглядом мамы, дядя отпустил моего отца, и спина Купера наконец-то перестала закрывать происходящее. Однако от меня не скрылось то, насколько белоснежная рубашка Хоринга покрылась брызгами крови. Несомненно дядя сломал ему нос.
- Виола, дорогая, это шанс обеспечить нашей дочери светлое будущее.- Заговорил отец, делая шаг в сторону женщины.
- Соблюдай дистанцию, Хоринг.
- Я понимаю, что ты можешь быть обижена на меня, но сейчас решается будущее Адрианы. Ей будет безопаснее замужем за Сильвером Миретто, нежели бегать полуголой на сцене.
Как бы мне не хотелось вмешаться в этот разговор и дать отцу пару раз по голове, Купер крепко держал меня в своём захвате. Я в край была не довольна таким раскладом событий, но мои протесты никто не захочет слышать. Даже сейчас телохранитель нависал, как тень, и в крайней ситуации спокойно мог закрыть мне рот.
- Ты хочешь отдать мою дочь чокнутому Дону Наряда? - Прошипела мама.
- И это лучшая партия, ни для кого не секрет, что Адриана давно потеряла свою невинность. Это чудо, что Дон согласился взять себе в жёны порочную девушку.
- Нет, Хоринг, это не чудо. - Мама сделала шаг в сторону мужчины, гордо подняв голову вверх. - Это ты хочешь спасти свою задницу от падения, прыгая перед своим тестем на задних лапках.
- Следи за тем, что говоришь. - Тон отца стал суровым, именно такого его и знали.
- Я соизволил поделиться с вами полученной информацией, но решение всё же остаётся за мной. И если это единственный вариант, как вытянуть дочь из разгульной жизнь, то он будет использован.
Отец вытер белым платком кровь, которая стекала по подбородку на его рубашку. Все замерли молча, обдумывая сложившуюся ситуацию в голове. Конечно, я знала финальный исход, ведь в мафии у женщин нет выбора, даже если ты не была привязана к этому миру. Дядя не сможет повлиять на решения своего Дона, по крайней мере сейчас.
- Спасибо, Гарет, за гостеприимство, пожалуй, больше к себе не зовите.- Сохранил свои аристократические замашки отец, разворачиваясь к выходу. - Адриана, явись на званый ужин к шести, только одень что-то более приличной длинны.
- Если только в моём графике будет для вас свободное окошко.- Притворно мило проговорила.
- Будь добра, почти своих братьев своим присутствием, чтобы мне не пришлось привозить тебя силой. - Повелительным тоном проговорил мужчина, кинув на меня убийственный взгляд.
Как только дверь за отцом и его охраной захлопнулась, я наконец-то выдохнула с облегчением. Меня раздражала вся эта наигранная вежливость, когда все прекрасно знали гнилую сущность каждого. В какой-то степени себя я тоже ненавидела за всё это притворство, которое изображала каждый день.