Эрман был одет в традиционную одежду воинов нагов: чёрный кожаный доспех с золотыми вставками, который подчёркивал его силу и уверенность. Его хвост, превращённый в ноги для этого случая, выглядел как у древних героев их народа. На его плечах лежал тонкий плащ, символизирующий его статус защитника города. Дафна, в свою очередь, надела простое, но элегантное платье цвета жемчуга, которое нежно спадало с её плеч. Это платье было её собственной идеей, и она добавила к нему несколько изящных узоров, которые отражали её творческий талант.
Обряд начался. Жрец, облачённый в белые одежды, подошёл к ним, держа в руках магический кристалл. Этот кристалл, как говорили, был олицетворением силы любви и верности, и его свет наполнял помещение мягким свечением.
— Вы пришли сюда, чтобы связать свои жизни в древних традициях нашего народа, — произнёс жрец, глядя на них обоих. — Дафна и Эрман, сегодня вы становитесь женихом и невестой, и пусть этот союз будет благословлён предками.
Жрец поднял кристалл над их головами, и они, следуя древней традиции, протянули руки друг к другу. Их пальцы переплелись, и свет кристалла озарил их, символизируя начало их совместного пути.
— Теперь вы связаны, — объявил жрец, и его голос эхом разнёсся по залу. — Но помните, что по нашим законам жить вместе вам позволено только после того, как вы станете мужем и женой.
Обряд завершился, и Дафна почувствовала, как лёгкость и радость наполняют её сердце. Она и Эрман были теперь официально женихом и невестой, но это было лишь началом их пути.
***
После обряда Дафна вернулась домой, полная новых планов и вдохновения. Её магазин, который она готовила в последние недели, должен был вот-вот открыться. Это было её первое большое дело в этом мире, и она вложила в него всю свою душу.
В её мастерской уже стояли манекены, на которых красовались наряды, созданные её руками. Дафна специально разработала коллекцию, которая объединяла в себе элементы культуры нагов и её собственный стиль. Она создала лёгкие шёлковые платья с изысканными узорами, напоминающими змеиные чешуйки, и плащи, которые можно было носить как в торжественных случаях, так и в повседневной жизни. Её одежда была не просто нарядами — это были произведения искусства, которые говорили о традициях и современности одновременно.
На одном из столов лежали эскизы новых моделей. Дафна с любовью рассматривала каждую линию, думая о том, как эти платья будут носить жители Шардарисса. Её творческий процесс всегда начинался с вдохновения: она представляла себе моменты жизни — прогулку по городу, праздник, церемонию — и затем воплощала эти образы в тканях и рисунках.
В день открытия магазина её волновало всё: от каждого манекена до мельчайших деталей в интерьере. Когда двери открылись, в магазин начали заходить посетители. Среди первых гостей были её новые друзья, такие как Мареа, которая восхищалась её работами.
— Это невероятно, Дафна, — сказала Мареа, оглядывая магазин. — Ты создала нечто уникальное. Твои наряды словно отражают саму душу нашего народа.
Дафна улыбнулась, радуясь тому, что её идеи нашли отклик.
***
С открытием магазина Дафна познакомилась с новыми людьми. Среди посетителей были наги, заинтересованные не только её работами, но и самой Дафной. Её редкая красота и талант быстро привлекли внимание, и многие наги пытались завести с ней разговор. Но каждый раз, когда кто-то подходил к ней с интересом, Эрман, стоящий неподалёку, мрачно сжимал кулаки, ревность застилала его разум.
Он наблюдал, как наги восхищённо говорили с Дафной, их взгляды приковывались к её одежде и мягкому голосу. Хотя он знал, что не может запретить ей общаться с другими, его сердце наполнялось ревностью. Он понимал, что в этом мире она может выбрать нескольких мужей, но он хотел, чтобы она оставалась только его.
Когда один из нагов подошёл к ней, Эрман решил вмешаться. Он подошёл к Дафне и, обняв её за плечи, сказал:
— Прошу прощения, но у Дафны уже есть жених.
Это был момент, когда все присутствующие в магазине узнали, что у Эрмана есть невеста. В комнате повисла тишина, и несколько нагов, заметив мрачное выражение лица Эрмана, поспешили уйти. Он не скрывал своей ревности, и Дафна чувствовала, как его забота и любовь переплетаются с этим чувством.
После завершения мероприятия они вернулись в дом Дафны, где Эрман, наконец, открылся.
— Я знаю, что в этом мире мы не можем быть только друг для друга, — начал он, его голос звучал глухо. — Но я не могу перестать ревновать тебя. Я хочу быть единственным для тебя, хотя понимаю, что это против наших законов.