Господи, как он смотрит на нее! И видно, что ему, как и ей самой, трудно дается этот разговор. Однако то, что он сам приехал к ней, ее подруге, говорит о многом. И его визит, и то, как он переживает их разрыв, и даже то, что хочет, чтобы счастлива была именно она, демонстрируя при этом готовность поступиться собственным душевным благополучием, – все это говорило о том, что перед ней настоящий человек и настоящее чувство… А она пыталась пристроить свою Катеньку в руки того хлыща! Который заслуживал даже не пинка под зад – не-е-ет… одним пинком дело бы не обошлось, пойми они с Антоном сразу, что произошло в комнате у Катерины! И если Тимур не уловил этого из ее рассказа, то, возможно, не стоит дальше акцентировать на этом внимание? Он ведь начал расспрашивать ее о здоровье подруги. Мигрени, постоянно повторяющиеся ночные кошмары, перегрузки на работе… В последний свой приезд она выглядела такой потерянной, такой уставшей: с синими кругами под глазами, исхудавшая так, что впору в отделение для дистрофиков укладывать. И даже ее чудные волосы потускнели… Бедная моя девочка! А теперь на ее голову еще и этот Леша!
– Она его не любит, – ответила Наталья Антипенко уверенно. – Более того, мне кажется, что временами она его ненавидит… Была в их общем прошлом одна история. Но если она сама тебе ее не рассказывала, то я просто не имею на это права. Хотя она изо всех сил старается относиться к нему объективно. Он неплохой парень, но… Прости, наверное, я должна быть честной и рассказать тебе об этом – так вышло, что это я его пригласила. Зачем? Не знаю… просто затмение какое-то нашло. Иногда все мы совершаем необдуманные поступки, но я себя не оправдываю… Могла просто поговорить с ним где-то в городе – но я решила пригласить их вместе.
– Для чего? Если она, как ты говоришь, его ненавидит?
Такое неподдельное удивление было у него на лице, что хозяйка дома растерялась:
– Ну… я хотела сама убедиться… посмотреть… поговорить с ним. У нас с Катериной хоть и небольшой разрыв в возрасте, но я иногда испытываю к ней что-то вроде материнских чувств… поэтому я его и позвала. Я не думала, что этот дурацкий вечер закончится так плачевно…
– Наташа, так что все-таки с ней произошло? Я хочу знать правду! И мне кажется, ты все время что-то недоговариваешь… не нужно от меня ничего скрывать.
– Тимур, я пока сама точно не понимаю… и не хочу его очернять. Возможно, я не права… но знаю только, что она не стала бы так кричать просто из-за кошмара. Но что там действительно произошло – она не говорит. Ни тогда не сказала, ни недавно, когда была у меня. Мы очень быстро прибежали, когда услышали крик, но у нее в комнате никого не было! Балкон тоже был закрыт… да и холодно уже было. Антон говорит, что стучал к нему, к Алексею то есть, – он в соседней комнате был. – Наталья на секунду отвела глаза в сторону, но Тимур так и не спросил о том, почему Мищенко оказался по соседству. – Да, но он сразу не открыл, а когда открыл, сказал, что спал… в наушниках и ничего не слышал. И что вид у него действительно был сонный и удивленный. Или же он гениальный враль, или…
– Я убью его!
Она от испуга схватила его за руки:
– Ты с ума сошел! Тим, я тебе говорю – он спал! Но между ними наверняка что-то произошло… какое-то неприятное объяснение, может быть…
– Он пытался ее изнасиловать!
– Тим, она опер! И ее не так просто изнасиловать!
– Не нужно меня успокаивать! И останавливать тоже не нужно!
– Ты с ума сошел! – еще раз повторила Наталья. – Мало ей трупов на работе?!
– Ничего… – сказал он сквозь зубы. – Еще один как-нибудь стерпит…
Свидание получилось так себе. Ну, выпили, потанцевали… Честно говоря, она ожидала большего. Да и в постели Сергей Петрович Нахапетов оказался далеко не гигантом – быстро и незатейливо получив свое, он тут же потерял к ней всякий интерес. Марина даже обиделась, но виду не показала – кто она такая, чтобы высказывать свои претензии? Кроме того, она сама согласилась подняться к нему в номер, прекрасно зная, для чего они туда идут. Поэтому, вынырнув из-под одеяла, она мило улыбнулась, оделась и заявила, что провожать ее ни к чему – во-первых, живет она буквально через дорогу, а во-вторых… Во-вторых она так и не сформулировала – подкрашивала губы, а Сергею Петровичу, видимо, так понравилось «во-первых», что он даже из постели вылезать не стал, чтобы поцеловать случайную подругу на прощанье… да уж, воспитаньице! Или это так на него начальственное положение действует? Ну, допустим, никакой он ей не начальник, а она не его секретарша, с которой можно наспех проделывать такие штучки!