Попутно, удовлетворяя любопытство монарха, парень снова проигрывал в голове события тех дней, пытаясь понять, все ли было сделано правильно. И сам же себе отвечал: «Все». Ничего иного в данной ситуации сделать было невозможно. Никаких технических возможностей заменить человека прибором тут не было. Даже фонограф еще не изобрели. Точнее, какие-то работы по этому поводу велись, но кто и где их вел, Егор даже не представлял. Не его профиль, да и не до того ему прежде было. Других проблем хватало.
В тот тайник его проводил один из доверенных помощников дяди. Он же снабдил парня всем для работы необходимым, включая бумагу и карандаши. Крошечный свечной фонарик едва освещал бумажный лист, так что приходилось напрягать зрение, чтобы правильно записать все услышанное. К огромному удивлению Егора, именно запись была самым сложным моментом. Ведь послы говорили так, как привыкли. Ему приходилось сокращать все подряд и использовать математические символы, чтобы хоть как-то поспеть за их беседами.
А самое неприятное, что в той конуре было даже не выпрямиться толком. По сути, это был крошечный пятачок, отделенный от комнаты дощатой перегородкой. И потому любой лишний звук запросто мог выдать его. В общем, проблем и сложностей с этим делом хватало, но Егор справился и теперь пожинал плоды своего старания. По окончании разговора его величество собственноручно прикрепил к ткани его френча орден Святого Станислава второй степени и, еще поблагодарив за службу, милостиво отпустил.
«Лучше бы денег дал», – хмыкнул про себя Егор, кланяясь.
Но, судя по светящейся от удовольствия физиономии дяди, орден этот был серьезной наградой. Уже в коридоре Игнат Иванович остановился у окна и, достав из кармана белоснежный платок, принялся старательно утирать лоб.
– Ну, Егорушка. Ты теперь в фаворе, – улыбнувшись, тихо поведал он. – За это дело и мне грешному кое-чего выпало. Как есть, спас и выручил.
– А что с тем посольством не так было? – помолчав, осторожно поинтересовался парень. – Вроде как с Персией у нас без драки обходится.
– Пока, друг мой, пока, – еще тише отозвался Игнат Иванович. – Мы ж с ними не раз уже воевали. К тому же там теперь британцы первую скрипку играют. Вот шах их и решил хоть по нашей границе какую-то уверенность иметь.
– Британцы, это плохо, – глубокомысленно протянул Егор. – Они ежели куда влезут, обязательно станут все под себя гнуть.
– Верно, Егорушка. Потому нам мир с ними и нужен был. Ведь османы все никак не угомонятся, и снова какую-то замятню сладить пытаются.
Сообразив, что в местной политике не смыслит ровным счетом ничего, Егор понимающе кивнул и, вздохнув, осторожно сменил тему:
– Ну, раз тут все уладилось, может, я тогда в имение поеду? А то деду там, небось, скучно одному совсем стало, – пустил он в ход самый главный аргумент.
– Понимаю тебя, мон шер, и полностью согласен, – чуть подумав, улыбнулся Игнат Иванович. – Думаю, дня через три ты сможешь вернуться в имение.
– Ну, значит, так и поступим, – быстренько согласился парень, вовремя вспомнив, что торопиться в этом времени принято только в случае пожара.
Что говорить, тут даже варнаки предпочитают орудовать или под утро, или до полуночи, считая всю остальную ночь временем для отдыха. В общем, дата назначена, и ускорять события только все дело портить.
Передохнув после высочайшей аудиенции, они уже собирались отправиться домой, когда в коридоре появился дородный, осанистый мужчина. Подойдя, он окинул парня задумчивым взглядом и, повернувшись к дяде, иронично поинтересовался:
– Решили показать сановникам своего преемника, Игнат Иванович? Боюсь только, не ко двору он тут придется.
– Сей юноша мой кровный племянник, граф, и, несмотря на свой юный возраст, уже отмечен вниманием его величества. Орден сей император ему лично вручил, – слегка поклонившись, с достоинством отозвался дядя.
– Неужто дела семьи вашей столь плохи, что вы вынуждены даже недоросля в службу свою тянуть? – тут же поддел его неизвестный. – Ужели поприличнее места ему не присмотрели?
– Я, ваше сиятельство, дворянин, а значит, от рождения назначен государству служить. А уж где служить, дело десятое. Для того дворянство на Руси и создавалось государем, Петром Великим, – не удержавшись, влез Егор в их пикировку.