- Дай сигаретку? – просит Вивика с лихорадочным блеском в глазах. Хизер молча протягивает свою, девушка жадно затягивается, выдыхает и только сейчас замечает Рианнон. – Ой. Привет, Риа. Я думала, ты уже уехала.
- Она заканчивает примерку, - Хизер отобрала назад сигарету и стряхнула пепел прямо в виноград. – Тебе вообще-то нельзя курить.
- Тебе, между прочим, тоже! – Вивика надувает щеки. – Риа, ты же никому не скажешь?
- Как жаль, что ты уже закончила с примеркой, - Патриция подходит ближе, цепко шаря взглядом, и Фишер чувствует себя абсолютно голой перед ней. – Может, наденешь еще раз? Ты не до конца сняла его.
- Да тут вот, застежка…
- Молнию заело? – Патриция улыбается еще слаще, - Такое бывает с новыми платьями, давай помогу…
- Не надо, вдруг сломается.
- Ты мне не доверяешь? Если что, у нас есть второе…
Рианнон внезапно осознает, что попалась. Хизер слегка захмелела, и ей нет дела до происходящего, Вивика беспокоится, что ее видели с сигаретой, а вот Патриция… Она видит складку на боку в прирези молнии, видит жалкие попытки прикрыть ноги, видит, как напряглась Фишер, пытаясь глубже втянуть живот…
- Так, девочки, ну-ка марш в зал, Адонис хочет общее фото! – Пэтти появляется очень вовремя. – Хизер! Снова курила в гримерной! Чтобы это было в последний раз, ясно?
- Да, мамочка.
Девушки спешно покидают гримерную, Рианнон облегченно выдыхает и слышит, как трещат нитки, скрепляющие синий атлас. У нее даже голова закружилась от напряжения. Как же теперь снять это проклятое платье? И Пэтти отчего-то не спешит уходить.
- Только не реви, страдалица, - гримерша плотно закрывает дверь и решительно подходит к Рианнон. – Сделай глубокий вдох.
О, чудо. Пэтти в два движения стягивает с Рианнон платье, быстро его осматривает на предмет повреждений и тут же бережно возвращает на вешалку. Фишер растерянно переминается с ноги на ногу и даже забывает, что почти обнажена.
- Не стоит благодарностей, со всеми бывает, - Пэтти усаживает Рианнон в кресло и принимается поправлять макияж. – Поговорим начистоту. Это ведь не ошибка закройщика, ты поправилась?
- Да.
- Тренажер, диета?
- Не помогает.
- Ну, не ты первая, не ты последняя.
- То есть? Ничего нельзя сделать?
- Ну… есть одно средство. Стоит, правда, немало, но зато эффект потрясающий. Заметен с первого приема.
- Ты говоришь о каких-то лекарствах? Типа таблеток для похудания?
- Нет, милая, не таблетки и не наркотики. Есть такие специальные препараты, которые принимают не все. Их тяжело достать и все такое…
- Это что-то нелегальное? Пэтти, ты меня поражаешь.
- А что? И в красоте, и в спорте всегда замешена какая-то химия. Все что-то употребляют. Но обычное средство тут не поможет, твой звездный час ведь через неделю?
- И препарат, о котором ты говоришь, поможет за один прием?
- Совершенно верно.
- А он вызывает привыкание?
- Нет, он безвреден. Просто дорогой и редкий.
- Но ты сможешь достать?
- Для тебя непременно. Так что?
- Я подумаю. Спасибо, Пэтти.
- Езжай домой и выспись. Можешь проконсультироваться со специалистом. Но ты скоро поймешь, что врачи – это те же дилеры. Просто они носят халаты.
Первым делом, проснувшись, Рианнон пошла на прием к диетологу – тучной женщине, разбирающейся в тематике похудения. Жаклин Клинтон не внушала доверия, как минимум, своим видом, но была так популярна и всеми рекомендуема, что выбор автоматически пал на нее.
- Что вы ели сегодня? – спросил специалист чего-либо, по мнению Фишер, кроме диет. Ее зарплата превышала мыслимые пределы, и девушке казалось, что она сама столько не зарабатывает.
- Пока еще ничего, - призналась блондинка. Не считая вчерашней пары слив и чашки крепкого кофе без сахара она вообще не помнит, когда в последний раз что-то ела.
- А вчера?
- Утром – куриную грудку и яйца, днем – гречневую кашу с хлебцами и апельсиновый сок, а перед сном - два яблока. – Рианнон решила перечислить свой привычный дневной рацион.
- И насколько вы поправились за эту неделю?