Мужчина грубо оттолкнул Оксану и вышел из подвала, закрывая дверь и закручивая её на проволоку, как было.
Часть 40
Павел вылетел из подъезда и бегом бросился к автомобилю, сжимая в руке телефон Оксаны.
«Теперь у меня есть номер этого хмыря, который увёз Лену!» — он пребывал в радостной эйфории, когда сел в машину. Довольно потирал руки, когда завёл двигатель. Радостно присвистывал, когда выехал со двора. Но чем дальше он уезжал, тем тревожнее ему становилось.
«Что же я наделал? — вдруг осенило его. — Опять поддался эмоциям! Это всё Ленка виновата. Только она!»
Он перестроился в потоке машин.
«Поможет ли Васька? — задумался. — Эх, если бы я не вёл себя импульсивно, то друг не разозлился бы на меня. А теперь даже не знаю, захочет он помочь мне найти этого мужика, у которого прячется моя жёнушка, или нет. Может сказать ему, что Ленка сбежала с любовником? Правда это меня дискредитирует, но с другой стороны, на войне все средства хороши! Нет. Васька не передумает. Придётся раскошелиться. Хорошо, что друг меня с нужным человеком познакомил, который за деньги любую информацию нароет».
Совесть совсем не грызла и не терзала Павла, только холодок пробежал по спине, когда мужчина подумал, что Оксана рано или поздно выберется из подвала, как говорится мир не без добрых людей, а в отместку может заявить на него, тем более, что телефон-то он украл, получается.
Мужчина затормозил на светофоре.
«Надо вернуться, — закралась робкая мысль. — Вернуться, выпустить и ещё раз припугнуть!»
Загорелся зелёный свет.
«Но если я освобожу её, она может позвонить тому мужику и предупредить его, — размышлял он. — Действовать надо быстро».
Павел быстро набрал номер на телефоне.
— Алло, — раздался мужской голос.
— Привет, брателло!
— О, Павел, дорогой, как давно тебя не было слышно. Решил долг отдать?
— Помнится ты всё клинья подбиваешь к Ленкиной подруге.
— У тебя прекрасная память.
— Так вот, сейчас она находится в подвале своего дома.
— Ты совсем с катушек съехал! Она хоть жива?
— Да жива она, жива. Что ей будет.
— Я тебя в бараний рог скручу.
— Успеешь ещё.
— Так чего ты от меня хочешь?
— Прикрой меня, братец. Ленка с любовником сбежала.
— Да, ты что?
— Вот и что!
— А Оксана тут причём?
— А она всё знала.
— Да ты что!
— Тебя заклинило что ли?
— Я в шоке!
— Надеюсь, ты меня понимаешь.
— Даже не знаю, что сказать.
— Поможешь?
— Сделаю всё, что смогу.
— Поторопись.
— Уже.
Павел улыбнулся и съехал на обочину, включив аварийные огни.
— А теперь займёмся любовничком.
Он быстро нашёл нужный контакт.
— Алло, — после пятого гудка раздался сонный мужской голос.
— Степан, это Павел.
— Чего так рано названиваешь. Приличные люди ещё спят.
— Приличные люди в такое время на работе вкалывают, как Папы Карло.
Степан рассмеялся.
— У меня к тебе дело, — начал Павел.
— Само собой, — усмехнулся собеседник.
— Надо человека найти по номеру телефона.
— Без проблем. Сбрасывай номерок.
— Спасибо.
— Спасибо, на хлеб не намажешь.
— Всё будет.
— Тогда бывай.
Павел сбросил номер Анатолия Степану и задумался, глядя на телефон Оксаны: «Тяжеловато будет с этой бабой договориться. Надеюсь, что братишка что-нибудь придумает».
Но тревога не покидала его сердце.
Часть 41
«Это только начало, — вздохнула Лена, подписав заявление на развод. — Уверена, что Павел так просто не сдастся».
Но впервые в жизни она не боялась. Или наоборот, боялась так сильно, что перестала ощущать страх. Она будто падала в яму. Тёмную. Глубокую. Но почему-то была уверена, что Толя подхватит её. Этот мужчина внушал ей не только уверенность, но и чувство защищённости. Елена хотела верить ему. Хотела надеяться. Хотела жить. Хотела, чтобы он снова прильнул к ней целуя, обнимая…
Было ли это неправильно: вот так броситься в руки одного мужчины, будучи ещё женой другого? Елена не хотела знать. Она хотела чувствовать. Хотела исцелиться. Хотела забыть о боли.
Выйдя из кабинета, закрыв за собой дверь, женщина испытала опустошение. Опустошение души. Состояние, которое и напугало её, и обрадовало. Обрадовало, что она всё-таки решилась на первый робкий шаг к обретению свободы. Испугало, так как она не знала, что ждёт её впереди.
За годы жизни с Павлом Лена разучилась мечтать. Разучилась загадывать о будущем. Разучилась планировать что-либо.