— Да, ты совесть потерял! Я головой рискую, карьерой, репутацией, в конце концов, а ты мне спасибо? Долг спиши!
— Э, нет. Долг весь списать я не готов. Пока дело не закроют.
— Долг долгом, а спасибо в кармане должно шуршать.
— А не много ли ты требуешь?
— А не забыл ли ты, кому пришлось всю грязную работу сделать?
— Да, ладно тебе, прорвёмся.
Мужчины дошли до машины Василия:
— Садись, подвезу.
— Не боишься, что нас вместе увидят? — усмехнулся Павел.
— Да у нас камеры на стоянке всё равно не работают. Не подключили ещё. Так, висят для бутафории.
Павел понимающе улыбнулся. Мужчины сели в машину.
— Если ты не изменишься, то плохо кончишь, — поучал Василий.
Павел расхохотался:
— Я всегда хорошо…
— Пошляк, — одёрнул его приятель.
— Сам такой.
— Может я и пошляк, но от меня жена не сбежала. Я не обвиняюсь в нападении на подругу жены и любовница не подставила меня…
«Всё из-за баб», — повторил про себя Павел.
— С Машкой я разберусь, — проскрипел зубами он.
— Разберёшься? Ты больной? — опешил друг, сбавляя скорость.
— Не бойся. Я заблокирую все банковские карточки, которые ей дал и приятелю позвоню, чтобы её с работы уволили. Пусть на трассу идёт голосовать… Там ей самое место.
— Смотри, — погрозил пальцем Вася. — Думай головой, прежде, чем что-то сделать.
— Я не дурак, чтобы глупо подставляться.
«А лучше найму дружков бывшего одноклассника. Пусть покажут Машеньке, как страшно может быть Красной Шапочке, если она встретит стаю Серых Волков», — ухмыльнулся мужчина.
— Надеюсь, что не дурак, — Василий бросил взгляд на Павла.
— Давай, у банка остановимся.
— Это с удовольствием, — улыбнулся Вася.
— Наслаждайся.
— Обязательно.
— Эх, — потряс телефоном Павел, — батарея села.
— Тебя же, вроде, нигде не ждут.
— Подкусил? Доволен?
— Ещё как. Должен же я убедиться, что ты не сорвёшься.
— Не сорвусь.
«Пока Ленку не найду, не сорвусь, — решил Павел. — Она ответит за все мои потери и унижения!»
Машина остановилась напротив банка. Павел вышел из автомобиля и вошёл в здание.
«Всё из-за баб!» — повторял он про себя.
Часть 56
— Ну, вот и всё, — вздохнула Лена, когда Маша ушла, хлопнув дверью.
— Почему же всё, — произнёс мужчина. — Это только начало. Долгое начало.
Женщина ничего ему не ответила, она вдруг поняла, что её смущало… Она не чувствовала себя в этой квартире, как дома. Ушёл куда-то флёр уюта и тепла. Всё было чужим и холодным. Хотя, обои выбирала она, да и шторы сама подшивала. Диван и кресло купили вместо поездки на море. Ковёр… Будь он неладен! Ковёр подарила свекровь. Лена ненавидела разноцветные фигуры изображённые на нём, которые совершенно не подходили ни к расцветке обоев, ни к мебели, ни к люстре…
Лена сравнила свою жизнь с этим ковром, который не нужен, но его не выбрасывают, топчут, пылесосят, подметают и снова топчут… Он раздражает, но продолжает грузом лежать на полу.
Находиться в квартире стало невыносимо больно и очень неприятно.
— Я хочу уйти, — еле слышно прошептала она.
— Хорошо, — улыбнулся Толя. — Хочешь взять с собой что-нибудь?
Лена пожала плечами.
— Ничего. Здесь не осталось ничего, что было бы дорого мне.
— Тогда давай уйдём, поскорее.
— Да, — улыбнулась она.
Женщина выключила свет и без сожаления вышла на лестничную площадку. Закрывая входную дверь, она решила для себя, что больше не вернётся сюда. Эта квартира была подарена родителями Павла, поэтому даже после развода она не могла на неё претендовать.
«Больше я не приеду сюда, пусть хоть всё из неё вынесут», — рассуждала Лена, когда они с Анатолием спускались по лестнице. Мужчина молчал, не мешая женщине размышлять. Он держал её за руку, желая поделиться с ней своими силами.
Выходя из подъезда, он чуть было не столкнулся с какой-то пожилой дамочкой, которая разразилась некультурными словами, заметив Лену за его спиной.
— Я всегда знала, что ты бесстыжая, — закричала Раиса Петровна. — Пока мой сын в командировке, ты с любовником забавляешься! Людей бы постеснялась!
— Раиса Петровна? Вы? — растерялась Елена, инстинктивно прижимаясь к Толе, ища у него защиту.
— Наглая! Бессовестная! Гулящая! Тебе не место рядом с Павлом!
Маша, которая чуть отстала от Раисы Петровны, сейчас пряталась за одним из деревьев, которые росли во дворе дома, и радостно потирала ладони.
«Так тебе и надо!» — размышляла она, делая несколько снимков на камеру телефона, на всякий случай. Жизнь научила её, что всегда надо иметь пути к отступлению.