Клейн кивнул и быстро прошёл за перегородку. Он увидел, что Данн Смит уже открыл дверь своего кабинета и стоял в проёме.
— Что случилось? — он был в чёрном плаще, в руке держал трость с золотым набалдашником. Выражение его лица было спокойным и серьёзным.
— У меня возникло то чувство дежавю. Думаю, это тот дневник, дневник семьи Антигон, — Клейн старался говорить чётко и ясно.
— Где? — выражение лица Данна Смита почти не изменилось.
Но духовная интуиция Клейна подсказала ему, что от собеседника исходит сильная, незримая волна. Возможно, это было проявление духовной силы или всплеск эмоций.
— Там же, где мы вчера с Леонардом спасали заложника. В квартире напротив той, где были похитители. Я не заметил этого вчера. Только после того, как мне приснился сон, я получил откровение, — Клейн ничего не скрывал.
— Похоже, вчера я упустил очень большую заслугу, — усмехнулся Леонард, незаметно подошедший к перегородке.
Данн слегка кивнул и с серьёзным видом распорядился:
— Пусть Корнели сменит Старого Нила на посту у оружейной. Старый Нил и Фрай поедут с нами.
Леонард перестал легкомысленничать и тут же сообщил Корнели и Фраю, находившимся в комнате отдыха Ночных Ястребов. Один из них был Бессонным, другой — Сборщиком Трупов.
Через пять минут двухколёсная карета отряда Ночных Ястребов уже мчалась по ещё не запруженным утренним улицам.
Леонард в фетровой шляпе, рубашке и жилете временно исполнял роль кучера, время от времени щёлкая кнутом в воздухе.
В карете Клейн и Старый Нил сидели с одной стороны, напротив них — Данн Смит и Фрай.
Кожа этого Сборщика Трупов была такой бледной, словно он давно не видел солнца или страдал от сильного малокровия. Ему было около тридцати, у него были чёрные волосы и синие глаза, высокий нос и тонкие губы. От него исходила холодная, мрачная аура, и казалось, что от него пахнет чем-то, что остаётся после долгого контакта с трупами.
— Расскажи всё ещё раз, в подробностях, — Данн поправил воротник своего чёрного плаща.
Клейн, поглаживая топазовый кулон, скрытый под рукавом, начал свой рассказ с момента получения задания и закончил сном. Сидевший рядом Старый Нил хихикнул:
— Похоже, у тебя с этим дневником семьи Антигон какая-то судьбоносная связь. Надо же было так столкнуться.
Да, это слишком большое совпадение! Если бы Леонард не упомянул, что предварительные допросы по делу о похищении Эллиота не выявили никаких тайных сил или мистического вмешательства, а было лишь обычным преступлением ради наживы, я бы заподозрил, что это кто-то подстроил... Слишком уж большое совпадение! — Клейн и сам был немало удивлён.
Данн ничего не сказал, словно о чём-то размышляя. Сборщик Трупов Фрай, также одетый в чёрный плащ, хранил молчание.
Тягостная тишина была нарушена лишь тогда, когда карета остановилась, и в окне показалось то самое здание, о котором говорил Клейн.
— Пойдёмте наверх. Клейн, ты и Старый Нил — в конце. Осторожно, предельно осторожно, — Данн вышел из кареты, достал из-за пазухи странный револьвер с заметно более длинным и толстым стволом и сунул его в правый карман.
— Хорошо, — Клейн не собирался лезть на рожон.
Дождавшись, пока Леонард найдёт кого-то присмотреть за каретой, пятеро Потусторонних друг за другом вошли в подъезд и на цыпочках поднялись на третий этаж.
— Здесь? — Леонард указал на квартиру напротив той, где были похитители.
Клейн дважды стукнул себя по межбровью, активируя Духовное Зрение.
В этом состоянии его духовная интуиция обострилась. Ему показалось, что эта дверь ему знакома, словно он уже бывал внутри.
— Да, — уверенно кивнул он.
Старый Нил тоже активировал своё Духовное Зрение и, внимательно осмотревшись, сказал:
— Внутри никого нет, и нет свечения магии.
— И нет злых духов, — хрипло добавил Сборщик Трупов Фрай.
Он мог видеть многие духовные сущности, включая злых духов и мстительных духов, и без Духовного Зрения.
Леонард шагнул вперёд и, как и вчера, ударил кулаком по замку.
На этот раз не только деревянные щепки разлетелись, но и сам замок со звоном отлетел и упал на пол.
Клейн почувствовал, как некая невидимая печать мгновенно исчезла. Вслед за этим он ощутил сильную вонь.
— Труп, разлагающийся труп, — холодно констатировал Сборщик Трупов Фрай.
Его ничуть не стошнило.
Данн, надев чёрные перчатки, медленно толкнул дверь. Первое, что бросилось в глаза, был камин. В начале июля от него исходил неестественный жар.
Перед камином, в кресле-качалке, сидела старуха в чёрно-белом платье, опустив голову.
Она вся неестественно распухла, её кожа была чёрно-зелёной и натянутой до блеска, казалось, что от любого прикосновения она лопнет, извергая гнилостный смрад. А по её плоти и гноящейся жидкости, в складках одежды, ползали личинки и другие существа. В Духовном Зрении они были как россыпь светящихся точек, окружавших погасший мрак.