— Полуофициальный визит... Разве соседи не должны знакомиться и общаться естественно?
— Ха-ха, Клейн, ты не понимаешь. Ты в последнее время читаешь много газет, но не сталкивался с журналами для дома, для женщин. Они называют семьи с годовым доходом от 100 до 1000 фунтов средним классом, провозглашая его опорой всего королевства и восхваляя за то, что у него нет высокомерия аристократов и богачей и он не так груб, как низшие слои населения.
Бенсон весело и непринуждённо объяснил:
— Эти журналы упростили многие ритуалы аристократического общения, сделав их отличительной чертой среднего класса. Отсюда и разница между дружеским, полуофициальным и официальным визитами.
Говоря это, он покачал головой и рассмеялся:
— Как правило, джентльмены, леди и мисс, причисляющие себя к этому классу, очень трепетно относятся к подобным деталям. Визиты к соседям и друзьям с двух до шести часов дня они называют утренними визитами.
— Утренними визитами? — в один голос удивлённо переспросили Клейн и Мелисса.
Какой же это утренний визит, если он проходит с двух до шести вечера?
Бенсон отложил столовые приборы, развёл руками и улыбнулся:
— Понятия не имею. Я всего лишь пролистал несколько журналов, которые принесла моя коллега. Хм, может быть, потому что для таких визитов положено надевать утренний костюм...
Изначально утренний костюм был одеждой для мессы и собраний, но позже стал обозначать дневную официальную одежду, в отличие от вечерней.
— Хорошо, завтра утром не забудьте купить хороший молотый кофе и чай, а у госпожи Слин — булочек и лимонных кексов. Нельзя ударить в грязь лицом перед соседями, — усмехнулся Клейн, обмакнул оставшийся хлеб в подливку, положил сверху картофелину и отправил всё в рот.
На следующее утро, в воскресенье.
Клейн допил последнюю каплю дешёвого чая, отложил газету, надел шёлковый полуцилиндр, взял свою инкрустированную серебром чёрную трость и неторопливо вышел из дома. На общественном дилижансе он добрался до улицы Зоотланд.
Он поздоровался с Розанной, которая только что закончила ночное дежурство и собиралась в комнату отдыха, и спустился в подземелье.
За углом он столкнулся с членом отряда Ночных Ястребов, Бессонной Лойо Лайтин.
Это была женщина с довольно холодным видом, тонкими длинными бровями, большими глазами и гладкими, как шёлк, чёрными волосами.
— Доброе утро, леди Лайтин, — с улыбкой поприветствовал её Клейн.
Лойо взглянула на него своими тёмно-синими глазами и едва заметно кивнула в знак приветствия.
Когда они уже почти разошлись, Лойо внезапно остановилась и, глядя прямо перед собой, произнесла:
— Ритуальная магия — вещь очень опасная.
А? — Клейн на мгновение замер, а когда обернулся, увидел лишь удаляющуюся спину.
— Спасибо, — нахмурившись, крикнул он ей вслед.
Повернув налево, он вскоре увидел Старого Нила в караульном помещении арсенала и Брайта, которого здесь быть не должно.
— Пойдём ко мне домой. Я уже получил все необходимые материалы, а Брайт согласился меня подменить, — весело сказал Старый Нил.
Клейн удивился:
— Не здесь?
Старый Нил, неся серебряный ящичек, цокнул языком:
— Здесь нет места для практики ритуальной магии.
Клейн больше не задавал вопросов и последовал за Старым Нилом наверх. Затем они сели в общественный дилижанс и доехали до северного пригорода.
Дом Старого Нила был отдельно стоящим, а в саду перед ним росли розы, золотая мята и другие «материалы».
Сразу за входом располагалась прихожая, устланная ковром, с двумя стульями с высокими спинками и подставкой для зонтов.
Из прихожей они попали в просторную гостиную. Стены были оклеены светлыми обоями, пол выкрашен в тёмно-коричневый цвет, а в центре лежал небольшой ковёр с узором, на котором стоял массивный круглый стол.
Вокруг стола располагались удобные диваны и кресла, а также пианино.
— Моя покойная жена очень любила музыку, — указав на пианино, мимоходом заметил Старый Нил. — Диван и кофейный столик в гостиной... Сегодняшний ритуал проведём прямо здесь, в гостиной.
— Хорошо, — немного скованно ответил Клейн.
Старый Нил поставил серебряный ящичек и улыбнулся:
— Сначала я покажу тебе один ритуал. Внимательно наблюдай и запоминай.
Говоря это, он достал из ящичка лист пергамента и начал рисовать на нём странные узоры чёрными чернилами со специальным составом, источавшими умиротворяющий аромат.
Клейн присматривался и присматривался, и ему показалось, что Старый Нил, кажется, вроде бы, возможно, рисует счёт!