Ш-ш-ш!
Распространился лёгкий туман, и всё вокруг обрело таинственный вид.
Старый Нил отставил стеклянный флакон, посмотрел на пергамент и молчал две минуты. Затем он взял перо и начертил на «счёте» символ контроля — квадрат, охватывающий всё содержимое, что означало его контроль над долгом.
Затем он нарисовал «крест», символизирующий устранение.
После этого он одной рукой взял пергамент, а другой слегка коснулся своего лба, открывая Духовное Зрение.
Снова вспыхнула невидимая и мощная сила, и Старый Нил тихо произнёс:
— Я взываю к силе ночи;
Я взываю к силе алого;
Я взываю к благосклонности Богини;
Молю, даруй мне средства для оплаты этого счёта.
Ночная ваниль, трава багровой луны, передай свою силу моему заклинанию!
Луноцвет, трава багровой луны, передай свою силу моему заклинанию!
Клейн, стоявший рядом, слушал с изумлением, в его голове бушевал вихрь мыслей:
И такое заклинание работает? Хоть оно и написано и произнесено на гермесском... Не слишком ли это прямолинейно, просто и приземлённо? А вдруг Богиня разгневается и удвоит счёт?
В этот момент пламя свечей вспыхнуло ярче!
Старый Нил закончил заклинание, закрыл глаза на две минуты, взял эфирное масло полнолуния и снова капнул по одной капле на каждую из трёх свечей.
Затем он схватил пергамент, поднёс его к свече, символизирующей «меня», и, как только тот загорелся, бросил его в котёл.
Старый Нил снова закрыл глаза, словно ощущая, как горит счёт.
Через некоторое время он открыл глаза и посмотрел в котёл с тёмной святой эмблемой. Пергамент полностью сгорел, оставив лишь пепел.
— Слава Богине! — Старый Нил четырежды коснулся груди, начертав знак багровой луны, а затем погасил свечи в обратном порядке.
Завершив всё это, он взял серебряный нож и пронзил невидимую стену вокруг.
После внезапного порыва ветра Старый Нил с явным облегчением сказал:
— Готово.
— И это всё? — ошеломлённо спросил Клейн. — Со счётом разобрались? Как?
— Понятия не имею. Но так или иначе, проблема будет решена. Разумным способом, — развёл руками и улыбнулся Старый Нил.
Это... — Клейн не знал, что сказать и как реагировать.
Не слишком ли это ненадёжно?
Глава 52: Зритель
— Хватит думать об этом проклятом счёте, давай лучше обсудим ритуальную магию, — с беззаботным видом сказал Старый Нил, убирая свечи, котёл, серебряный нож и прочие предметы.
Клейну очень хотелось, подобно американцам из его прошлой жизни, пожать плечами, но в итоге он воздержался от этого недостаточно джентльменского жеста.
Он вновь сосредоточился на самой ритуальной магии и один за другим задал все накопившиеся у него вопросы о деталях, получив на них исчерпывающие ответы. Например, произносимые заклинания имели определённую структуру. Если она соблюдалась и ключевой смысл был ясно выражен на гермесском языке, то остальную часть можно было импровизировать. Разумеется, кощунственные или недостаточно почтительные формулировки были категорически запрещены.
Этот урок по мистицизму продолжался до полудня. Старый Нил кашлянул и сказал:
— Нам пора возвращаться на улицу Зоотланд.
Тут он неразборчиво пробормотал:
— Из-за этих проклятых материалов я пропустил свой чудесный завтрак.
Клейн с усмешкой и недоумением огляделся по сторонам:
— Мистер Нил, у вас дома нет повара? Или горничной, которая готовит?
Недельной зарплаты в 12 фунтов вполне хватило бы на нескольких слуг!
Согласно газетам, при условии предоставления жилья и питания, наём обычного повара обходился всего в 12–15 сулов в неделю — даже фунта не выходило. Разнорабочие горничные стоили ещё дешевле, от 3 сулов 6 пенсов до 6 сулов в неделю, хотя, конечно, на их кулинарные таланты рассчитывать не приходилось.
Хотя нет, постой... Учитывая, что мистер Нил всё ещё должен 30 фунтов, отсутствие повара и слуг — это как раз нормально... Кажется, я снова задал неуместный вопрос...
Пока Клейн жалел о своей бестактности, Старый Нил, ничуть не смутившись, покачал головой:
— Я часто провожу дома ритуалы, изучаю Потусторонние предметы и соответствующую литературу. Я не могу и не стану нанимать обычных людей в качестве поваров, лакеев или горничных. У меня есть лишь приходящая уборщица. А если нанимать не обычных людей, как ты думаешь, они согласятся на такую работу?
— Кажется, я задал глупый вопрос. Вероятно, потому, что я не занимаюсь дома ничем, связанным с мистикой, — с самоиронией пояснил Клейн.