Элизабет сегодня очень странная… После встречи с Клейном она стала еще страннее… Она только что выбегала, говоря, что ей срочно нужно в уборную, но почему у нее был такой испуганный вид…
…
У двери спальни Селины.
Элизабет глубоко вздохнула и сказала девушке перед собой:
— Мы зайдем в твою комнату.
— Элизабет, мне кажется, ты очень напряжена, очень напугана. Почему? — Селина с недоумением посмотрела на подругу, заметив, что та неудержимо дрожит.
— От волнения, да, от волнения! — Элизабет взглянула на зеркало в руках Селины, повернулась и постучала в дверь — один длинный, два коротких.
— Зачем стучать… — Селина была еще больше озадачена.
Дверь в ее спальню со скрипом открылась, и перед двумя девушками появился Клейн в черном фраке и шелковом цилиндре.
— Сюрприз? Это и есть сюрприз? — Селина приоткрыла рот, совершенно сбитая с толку.
В этот момент Клейн вдруг протянул руку, схватил ее за запястье и втащил в комнату, оставив Элизабет стоять в оцепенении.
Одновременно с этим Клейн указал серебряным кинжалом, и вырвавшаяся духовная энергия быстро запечатала прорезанный дверной проем.
Невидимая стена духовности снова запечатала комнату, скрыв внутри крик Селины.
Бам!
Клейн резко захлопнул дверь и, не взглянув на Селину, быстро подбежал к письменному столу.
Девушка с длинными винно-красными волосами перестала кричать, подняла голову и оглядела комнату.
Ее взгляд быстро стал холодным, кожа побледнела, а на десяти пальцах мгновенно выросли длинные, белые, острые ногти.
А в это время Клейн уже вернулся в состояние медитации. Капнув по капле эфирного масла лунного цветка на три свечи, он громко произнес:
— О, верховный Алый Повелитель, великая Королева Бедствий и Ужаса;
— Я молю о ниспослании твоего покровительства;
— Покровительства для твоей заблудшей овечки, Селины Вуд!
Произнося заклинание, он взял лист пергамента и поднес его к свече, символизирующей просителя.
Вууу!
Он почувствовал за спиной ледяной ветер и тяжелый удар.
Пергамент загорелся. Клейн бросил его в серебряную чашу, а сам, как и было запланировано, пригнулся, увернувшись от смертельного удара.
Вуу-вуу-вуу!
Ветер стал яростным. Клейн почувствовал, как его духовная энергия утекает, словно прилив, и он не мог это остановить.
Он увидел, как пергамент в серебряной чаше сгорает, превращаясь в умиротворяющую, глубокую черноту, и услышал за спиной звук падения тяжелого предмета.
Бум! Дзынь!
Почти одновременно раздались два звука, и струйки черно-зеленого невидимого газа устремились в серебряную чашу, исчезая в этой иллюзорной черноте.
Клейн перекатился в сторону, вскочил на ноги и выхватил из-под мышки револьвер. Но, присмотревшись, он увидел лишь милую девушку Селину с длинными винно-красными волосами, лежащую на полу, а посеребренное зеркало разбилось на ковре на множество осколков.
И эти осколки больше не отражали Селину, а честно показывали потолок и силуэт Клейна.
В этот момент Клейн, не отключивший Духовное Зрение, увидел, что зловещий черно-зеленый цвет в ауре Селины полностью исчез, все пришло в норму, лишь сама аура стала намного слабее.
Хух… — он только вздохнул с облегчением, как почувствовал острую, колющую боль в переносице и голове.
Эта боль пронзила все его тело, и ему захотелось кататься по полу.
Кулаки Клейна резко сжались, на тыльной стороне ладоней вздулись черные, как живые черви, вены.
Одновременно с этим он услышал беззвучный крик, услышал шепот, разрывающий его сознание.
Лишь через десять с лишним секунд он пришел в себя, чувствуя, как по лбу и спине струится холодный пот.
— Ритуальная магия только что опустошила мою духовную энергию и чуть не привела к потере контроля над моими Потусторонними силами? — Клейн попытался оценить ситуацию.
И это происшествие заставило его осознать, что он, кажется, переварил немало остаточной духовной энергии из зелья. Потому что, если судить по силе, которую он имел сразу после принятия зелья, он бы не выдержал и превратился бы в монстра.
Метод Актёра все-таки очень полезен… — Клейн легонько постучал себя по переносице и вытер пот.
Он повернулся к алтарю, четырежды коснулся своей груди и громко произнес:
— Слава Богине!
Затем он поочередно погасил свечи и быстро убрал алтарь.
Небрежно расставив предметы обратно на стол, он с помощью серебряного кинжала разрушил запечатанную стену духовности.
Вуу!
Завыл ветер, тишина отступила. Клейн долго выдыхал, чувствуя страх от произошедшего: