Клейн напряг зрение и с трудом разглядел там тёмно-красную дымовую трубу.
В этот момент всё перед его глазами рухнуло и рассыпалось в прах. Сон резко оборвался.
В величественном храме Клейн резко выпрямился, чувствуя, как бешено и беспричинно колотится его сердце.
— Фух… Кажется, я заглянул во что-то ужасное… — он сделал два глубоких вдоха, успокаивая разбушевавшиеся эмоции.
Тук-тук-тук. Через мгновение Клейн забарабанил пальцами по краю стола, снова погрузившись в раздумья:
— Красная дымовая труба… сад… газон… это место связано с тем, кто стоит за кулисами? Но из этих совпадений пока неясна его цель, можно даже сказать, что злого умысла в них не было…
Пока он размышлял, его охватил ужас — за себя, за капитана, за Фрая и других товарищей:
Мы были словно марионетки на ниточках, исполняющие свой танец, и, что самое страшное, были вполне довольны собой…
— Эх… даже не знаю, как сказать об этом капитану. Результаты гадания Старого Нила совпали с теми, что я получил в обычном мире… Если меня попросят провести проверку на месте… я же не смогу ничего подтвердить… — Клейн с головной болью потёр виски.
Успокоившись через десять с лишним секунд, он приступил к гаданию по делу о пребывании Райера Бибера в Тингене, начав, как и прежде, с маятника.
На этот раз Клейн с изумлением увидел, что его топазовый кристалл замер на месте, не двигаясь, — ни «да», ни «нет».
Странно… — пробормотал он, размышляя о причинах. — Тот, кто стоит за этим, заметил моё гадание и принял меры?
Затем он попробовал Гадание во сне, но смог увидеть лишь несвязные, обрывочные клочья серого тумана, и больше ничего.
Результат по делу о гадании Селины на зеркале был таким же.
Клейн почти убедился в своей догадке. Не находя подходящего момента, чтобы предупредить капитана Данна Смита, он ощутил небывалое стремление стать сильнее.
Нужно будет и дальше ходить в Клуб Предсказателей, постараться как можно скорее завершить Отыгрывание и усвоить зелье Провидца… Ещё, подтвердить, является ли Клоун следующей ступенью после Провидца, и найти зацепки, ведущие к его формуле… Кроме того, почаще общаться с господином Азиком, может, удастся выведать у него какие-то тайны… — Клейн подпёр голову рукой и быстро наметил дальнейший план действий, определив приоритеты.
Подумав, он материализовал перед собой ещё один лист пергамента и написал:
«Последовательность 8, соответствующая Последовательности 9 Провидец, — это Клоун».
После всего пережитого Клейн был абсолютно уверен, что его способности к гаданию над серым туманом усиливаются, достигают нового уровня.
Словно в настольной игре всегда выпадают критические успехи… Это и есть быть Правителем удачи? — беззвучно прошептал он и снова взял в руки маятник.
Вскоре Клейн получил утвердительный ответ:
Последовательность 8, соответствующая Последовательности 9 Провидец, — это Клоун!
Следом он написал:
«Последовательности 8, 7, 6 и 5, соответствующие Провидцу, дадут как минимум по одной новой, независимой друг от друга способности».
Выдохнув, Клейн снова попробовал гадание с маятником.
Но топазовый кристалл опять замер на месте, не сделав ни одного оборота.
Недостаточно исходной информации, чтобы завершить гадание и получить откровение? — словно размышляя вслух, произнёс Клейн, отложил серебряную цепочку и начал обдумывать фразу для Гадания во сне.
Через десять с лишним секунд он взял перо и торжественно написал:
«Зацепки, ведущие к зелью Клоуна».
Глава 100: Толкование символов
«Зацепки, ведущие к зелью Клоуна».
Во главе древнего, испещрённого временем бронзового стола Клейн несколько раз перечитал гадательную фразу, откинулся на спинку стула и погрузился в сон.
Вокруг него быстро воцарились покой и тишина. То, что он «видел», было туманным и расплывчатым, бесчисленные искажённые, неразборчивые образы проносились мимо, словно капли росы на нежных лепестках утренних цветов.
Постепенно Клейн обрёл контроль над своей духовной сущностью, к нему вернулось некоторое подобие сознания.
Он увидел перед собой камин, перед камином — кресло-качалку, в котором сидела пожилая женщина в чёрно-белом платье.
Хотя она опустила голову и лица было не разглядеть, Клейн инстинктивно почувствовал, что перед ним старуха, и был в этом абсолютно уверен.
Напротив женщины стоял стол, на котором лежали газеты и оловянная банка с серебряной инкрустацией.