А это означало, что Провидцу лучше всегда носить с собой травы, эфирные масла, маленькие свечи и прочие предметы, чтобы в нужный момент не оказаться с пустыми руками и не ждать смерти. Ведь не у всех, как у Селины, дома хранится куча мистических предметов, которые как раз могут пригодиться.
Что касается тех материалов, которые он получил по заявке, то Клейн из-за частых тренировок почти всё израсходовал. В маленьких карманах его одежды лежали лишь остатки.
Он пощупал бумажные деньги в кармане, толкнул тяжёлую дверь Бара Злого Дракона и вошёл внутрь.
Был день, и посетителей в баре было немного. Не было ни собачьих боёв, ни боксёрских поединков. Царила тишина и запустение.
Клейн взглянул на два столика, за которыми пили и играли в карты, и направился к бильярдной, ведущей на подпольный рынок.
В этот момент из неё вышел крепкий старик в потрёпанной форме морского офицера.
— Ты тот друг, которого в прошлый раз приводил Старый Нил? — старик с растрёпанными каштановыми волосами и голубыми глазами, от которого разило алкоголем, оглядел Клейна и усмехнулся.
Клейн догадался, кто это, и, сняв шляпу, поклонился:
— Да. Как мне к вам обращаться?
— Старый Нил должен был тебе обо мне рассказывать. Я здесь хозяин, Свейн, — у голубоглазого старика были мощные руки и крепкие мускулы, что выдавало в нём офицера.
Бывший капитан отряда Уполномоченных Карателей Тингена… говорят, когда-то служил в королевском флоте… — вежливо ответил Клейн:
— Да, говорил.
— Если вдруг понадобятся деньги, можешь обращаться ко мне, — с улыбкой бросил Свейн и направился к бару.
В этот момент Клейна осенило, и он крикнул:
— Подождите, господин Свейн, я хотел бы вас кое о чём спросить.
Свейн остановился и, обернувшись вполоборота, усмехнулся:
— Ты так похож на вашего, хм, вашего начальника.
Нет, у меня нет проблем с памятью… — уголки губ Клейна дёрнулись, и он, не теряя времени, достал портрет:
— Вы не видели этого господина?
Ему вдруг пришло в голову, что Селину в этот подпольный рынок, скорее всего, привёл Хайнас Винсент, а та, в свою очередь, рассказала о Баре Злого Дракона Элизабет. Значит, человек с портрета, который был связан с Хайнасом Винсентом, тоже мог здесь бывать?
Свейн внимательно посмотрел на рисунок и уверенно ответил:
— Я его помню. Он спрашивал у меня, есть ли какие-нибудь документы или предметы, связанные с главным пиком Хорнакис.
Документы и предметы, связанные с главным пиком Хорнакис? — Клейн на мгновение замер, и тут же вспомнил другое событие:
Когда он брал в Библиотеке Девере журналы, связанные с главным пиком Хорнакис, администратор невзначай обмолвился, что кто-то только что их вернул, поэтому он хорошо помнит и ему не нужно проверять по картотеке.
Неужели тот, кто брал эти журналы до меня, и есть человек с портрета?
Свидетель сделки с дневником Антигона?
Глава 102: Торговец тканями
Клейн всё больше убеждался в своей догадке. Кто ещё стал бы брать эти журналы?
Хм, исследование древних руин на главном пике Хорнакис — настолько узкая тема, что, кроме соответствующих преподавателей и доцентов, обычные любители, скорее всего, о ней даже не слышали. Даже мой предшественник, выпускник исторического факультета, узнал о ней только из дневника семьи Антигон… Хотя Тинген и университетский город, не должно быть так уж много людей, интересующихся этим вопросом… А если и есть, то они, скорее всего, находятся в университетских кругах и им нет нужды специально идти в Библиотеку Девере…
И самое главное, книги были взяты именно в последнее время…
Если так проанализировать, то дело действительно нечисто. А я тогда не проявил должной проницательности, даже не подумал об этом… Эх, похоже, из меня не выйдет детектива, не дано мне играть роль Шерлока Холмса…
Пока в его голове проносились мысли, хозяин Бара Злого Дракона Свейн с недоумением спросил:
— Что-то не так?
Поскольку вокруг были другие посетители и бармен, он спросил в общих чертах.
— Ничего, я просто думал, как расследовать дело этого господина. Вы же знаете, Хайнас Винсент умер у себя дома, — у Клейна уже была готова отговорка.
Он не хотел, чтобы Уполномоченные Каратели тоже заинтересовались древними руинами на главном пике Хорнакис.
— Винсент был довольно известным предсказателем в Тингене, он часто сюда захаживал, — Свейн, очевидно, удовлетворился объяснением и, вспоминая, добавил: — Если подумать, то человек с портрета в первый раз действительно пришёл вместе с Винсентом…