Дверь со скрипом медленно отворилась. Одри, перейдя в состояние Зрителя, увидела, что внутри в беспорядке сидит немало людей. Некоторые из них скрывали свои лица под капюшонами и масками, другие же сидели с открытыми лицами, ничуть не стесняясь.
Почти мгновенно Одри заметила мужчину в чёрном плаще, сидевшего в отдельном кресле.
Он тоже был в капюшоне, скрывавшем его лицо в тени.
Он молча наблюдал за вошедшими, и в его взгляде читалось чувство превосходства.
Очень уверен в себе, но взгляд у него отвратительный. Он всё время скользит по мне, словно две скользкие твари, пытающиеся сорвать с меня одежду… — Одри, с её обострённым восприятием и наблюдательностью, хладнокровно сделала вывод, но по её коже едва не пробежали мурашки.
В этот момент Форс представила его:
— Это Мистер А, могущественный Потусторонний, организатор этого тайного собрания.
Глава 131: Сделка
Мистер А? Больше похоже на кличку преступника, чем на имя могущественного мистика… Со Шутом не сравнить… Нет, сопоставимы с господином Шутом могут быть разве что боги или те, кто лишь немного уступает им… — подумала Одри, и её внезапно наполнило чувство превосходства.
Она спокойно взглянула на Мистера А и, понизив голос, спросила у Форс и Сио:
— За этим господином числятся какие-нибудь деяния?
Стоявший рядом виконт Глинт, также одетый в плащ с капюшоном, проявил не меньшее любопытство.
Сио Дереча с серьёзным лицом ответила:
— Несколько раз бывало, что Потусторонние 8-й и даже 7-й Последовательности нацеливались на Мистера А, пытаясь с ним расправиться, но в итоге все они бесследно исчезали.
— Воистину могущественный Потусторонний, — с восхищением повторил Глинт предыдущее представление.
Во время разговора четвёрка вошла в дом, и привратник тут же закрыл за ними дверь.
Слегка привыкнув к свету газовых ламп, Одри увидела впереди две чёрные доски, исписанные строчками слов.
В этот момент Форс, державшая в руках незажжённую сигарету, тихо пояснила:
— Это запросы участников собрания. Ты должна понимать, многие не хотят, чтобы другие знали, чем они владеют, дабы не стать мишенью для жадных. Поэтому они анонимно пишут на доске, что хотят купить или продать, указывая примерную цену и требования к предмету.
Одри легонько кивнула и, не обращая внимания на других участников, сразу же пробежалась глазами по нескольким записям на левой доске:
«Требуется пара глаз взрослой рыбы манхар».
«Прах, оставшийся от мстительного духа, 165 фунтов».
«Записки императора Розеля, три страницы, 20 фунтов».
Увидев это, Одри больше не могла сохранять состояние Зрителя. Её охватили шок и восторг.
Эти цены, эти цены… они такие… такие низкие! — взволнованно и радостно подумала она.
Проходя дальше, она увидела новые объявления:
«Цветок Плач Младенца, 200 фунтов».
«Порошок мумии, 10 грамм, 5 фунтов».
«Слизь человека-рыбы, 30 миллилитров, 29 фунтов».
«Формула зелья 8-й Последовательности Шериф, 450 фунтов».
…
Так… так дёшево! Цены на Потусторонние ингредиенты не превышают 300 фунтов! — Одри, с горящими глазами, последовала за своими спутниками и села на свободное место.
В этот момент Сио Дереча наклонилась к её уху и тихо спросила:
— Тебе что-нибудь приглянулось?
Дыхание Одри участилось, и в её сознании мгновенно вспыхнуло знаменитое изречение императора Розеля:
«Я хочу всё!»
У неё было два старших брата, поэтому ей не светило унаследовать титул и основное состояние. Но как любимая дочь и сестра, она владела недвижимостью, землями, пастбищами, рудниками, драгоценностями, акциями, долями и облигациями на общую сумму в 300 000 фунтов.
Это была её доля наследства, но до смерти её отца, графа Холла, или до её замужества, она владела этим лишь номинально, получая соответствующую ежегодную ренту.
Но даже так, её годовой доход составлял от 15 000 до 25 000 фунтов, что ставило её в один ряд с самыми знатными аристократками всего Королевства Лоэн.
Конечно, как у аристократки, у неё было много обязательных расходов, и, поскольку она уже получала ренту, она не могла по каждому поводу обращаться к родителям.
Она взяла себя в руки и сдержанно ответила:
— Пока меня заинтересовали только записки императора Розеля. Я его почитательница. Считаю, что созданные им особые руны, или, скажем, письмена, обладают мистической силой. Мы просто ещё не нашли способ их правильно комбинировать.