После того как он привёл Солнце в Клуб Таро, он, учитывая особенности Города Серебра, где тот жил, постоянно готовился к подобным проблемам, изучая соответствующие материалы. Даже если бы Дастер Гудриан не получил вовремя рецепт, он всё равно смог бы с лёгкостью сделать примечания. А после предыдущего гадания и сегодняшнего сравнения он был уверен, что оба рецепта Телепата верны.
Вот что значит быть во всеоружии… — с лёгкой самодовольностью подумал Клейн.
Одри ещё несколько раз перечитала рецепт Телепата, с неохотой отвела взгляд и привычным движением «выразила» дневник императора Розеля.
— Это по праву ваше, — сказала она, отложив ручку и глядя на Шута в сером тумане. — Кроме того, я дам вашему избраннику ещё триста… триста фунтов, как вам?
Она говорила это с некоторой неуверенностью, потому что три страницы дневника Розеля обошлись ей всего в двадцать фунтов, в то время как рецепт Шерифа, тоже Последовательности 8, стоил четыреста пятьдесят.
То есть, по простой математике, она должна была доплатить к трём страницам записок ещё четыреста тридцать фунтов.
Однако Одри считала, что ей просто повезло: продавец не знал истинной ценности дневника Розеля, поэтому она и смогла купить его по такой низкой цене.
Каждая страница дневника императора Розеля стоит как минимум… как минимум пятьдесят фунтов! — Одри незаметно сжала кулак, мысленно подбадривая себя.
Триста фунтов? Я до сегодняшнего дня видел столько денег только у сэра Девере… — Клейн вздохнул про себя и, сделав вид, что деньги его нисколько не интересуют, спокойно кивнул:
— Справедливая сделка. Вот информация о моём избраннике.
Он постарался избежать произнесения из уст Шута таких приземлённых слов, как «Баклундский банк» и «анонимный счёт», и просто отобразил их на пергаменте перед собой.
В прошлую среду, во время обхода домов с красными трубами, Клейн нашёл время, чтобы зайти в тингенский филиал Баклундского банка и, переодевшись, открыть анонимный счёт.
С такого счёта можно было снять деньги в любом филиале Баклундского банка, просто назвав номер счёта и соответствующий пароль.
Если владелец счёта считал такой способ недостаточно надёжным, он мог добавить проверку по подписи и отпечатку пальца, что было сложнее.
Клейн, ради сохранения тайны и своей личности, не стал этого делать, а просто оставил кодовую фразу.
Эта фраза была написана на древнем гермесском языке: «Шут, не принадлежащий этой эпохе; таинственный властитель над серым туманом; правитель удачи в жёлтом и чёрном».
Древний гермесский язык сам по себе может использоваться для ритуалов и молитв без дополнительной защиты. Любой, кто осмелится переписать эту фразу, фактически произнесёт моё имя. В таком случае я немедленно получу соответствующее уведомление, поднимусь к серому туману и разберусь, обычная ли это ситуация или кто-то пытается украсть моё богатство! — Клейн был очень доволен придуманным им способом.
Единственным недостатком было то, что это могло слегка раскрыть существование Шута, но это было в пределах допустимого.
Одри, передавая дневник Розеля господину Шуту, взяла пергамент с информацией о его избраннике. На нём были указаны Баклундский банк и соответствующий анонимный счёт, состоящий из набора цифр.
Интересно, избранник господина Шута — мужчина или женщина? Какой он Последовательности… Хм, наверняка очень сильный, как минимум не слабее вице-адмирала Урагана Квилангоса… — Одри не могла сдержать полёт своих мыслей.
Но она быстро собралась и начала запоминать номер анонимного счёта.
— В этом нет необходимости, — в этот момент она услышала низкий и спокойный голос Шута. — Когда вернёшься домой, просто мысленно произнеси моё имя, и ты сможешь записать нужную информацию.
Это как я нарисовал увиденный в гадании дом с красной трубой… Номер счёта очень важен, нельзя ошибиться… — мысленно добавил Клейн.
И так можно? Судя по тону господина Шута, он в этом очень уверен… Достойно существа, близкого к божеству, даже такое может… — Одри на мгновение замерла, а затем смирилась, решив, что это вполне логично и естественно.
Но почему я тогда так усердно запоминала рецепт… — Одри вдруг снова почувствовала себя немного растерянной.
В этот момент Клейн положил руку на страницу дневника Розеля, но не спешил читать. Он повернул голову к Солнцу и спокойно спросил:
— Какую компенсацию ты хотел бы получить?