Через некоторое время он низким голосом произнёс:
— Это кажется мне знакомым, но не помогает вспомнить что-то конкретное.
— Очень жаль, — искренне вздохнул Клейн.
Он надеялся, что откровение, полученное в ходе гадания, поможет пробудить память мистера Азика.
Азик обрезал кончик сигары и с горькой усмешкой покачал головой:
— Если бы вспомнить прошлое было так просто, я бы уже давно нашёл способ избежать своей судьбы. Конечно, я благодарен тебе за твою заботу, за то, что ты помнишь о моих делах.
Он подумал и добавил:
— Кстати, я скоро уезжаю из Тингена.
— Почему? — ошеломлённо переспросил Клейн.
Мы же договорились вместе найти того, кто влияет на мою судьбу и похитил череп вашего ребёнка!
Азик, держа сигару, со вздохом объяснил:
— Возможно, наша цель почувствовала моё внимание и слежку. В последнее время она затаилась, не оставив никаких зацепок. Поэтому я решил на время покинуть Тинген и отправиться в Баклунд. С одной стороны, я воспользуюсь возможностью поискать следы, оставленные мной до потери памяти, а с другой — дам цели расслабиться и потерять бдительность.
Верно, в последний раз мистер Азик потерял память как раз недалеко от Баклундского университета… Жаль, что вы не сможете вместо меня искать дома с красными дымоходами… — Клейн серьёзно кивнул:
— Я буду внимательно следить за этим делом. Как только цель проявит себя, я немедленно сообщу вам. Да, мистер Азик, как мне с вами связаться?
Клейн предполагал, что если Азик — потомок Бога Смерти или как-то с ним связан, то его способности должны быть близки к Последовательности Сборщика Трупов. А значит, он наверняка может создать что-то вроде Посланника Дейли.
Другими словами, это могло бы косвенно подтвердить, связан ли Азик с Богом Смерти и является ли его потомком.
Азик затянулся сигарой, подумал секунд десять и снял с левого рукава какое-то украшение.
Это был изящный старинный медный свисток, покрытый множеством странных узоров, придававших ему таинственный вид.
— Это одна из вещей, которые были при мне, когда я очнулся в Баклунде. Стоит тебе в него дунуть, и ты призовёшь моего личного посланника, — Азик повертел свисток в пальцах, подробно объясняя.
Столько лет прошло, а свисток всё ещё работает? Это уже магический предмет? — Клейн был одновременно удивлён и рад тому, что косвенно подтвердил связь мистера Азика с Богом Смерти.
Взглянув на Клейна, Азик поднёс свисток к губам, чтобы показать, как он работает.
Он резко надул щёки и сильно дунул.
В комнате не раздалось ни звука, но Клейн мгновенно ощутил холод и ледяное оцепенение.
Он быстро щёлкнул левыми зубами и увидел, как из пола рядом с ним, словно жуткий фонтан, начали вылетать одна за другой туманные белые кости.
Через несколько секунд в гостиной появилось призрачное чудовище.
Оно было полностью сложено из белых костей, в его глазницах горело иссиня-чёрное пламя. Ростом под четыре метра, оно смотрело сверху вниз на Клейна, чей рост не превышал и метра семидесяти пяти.
Увидев, что гость почти упирается в потолок, в голове Клейна промелькнула растерянная мысль:
Мистер Азик, ваш «посланник» не слишком ли… впечатляющий?
Азик, ни о чём не догадываясь, с улыбкой сказал:
— Отдай ему письмо, а потом снова дунь в свисток, чтобы завершить призыв. Он быстро и тайно доставит письмо мне в руки.
Сказав это, Азик лёгким движением кинул старинный медный свисток Клейну.
Тот ловко поймал его правой рукой. На ощупь свисток был холодным, но гладким.
Спасибо зелью Клоуна… — он мысленно вздохнул с облегчением, протёр мундштук и сильно дунул.
Беззвучно огромный посланник распался на туманные белые кости и ушёл под пол.
Река Тассок, пересекая Баклунд, образовывала множество доков.
Элджер Уилсон в рясе священника Церкви Бурь медленно сошёл с пассажирского судна.
Он увидел, как в доках кипит жизнь: бесчисленные грузчики, обливаясь потом, таскали грузы. Вокруг царили шум и суета.
Давно не виделись, Баклунд, — беззвучно произнёс Элджер.
Глава 171: Повышение и прибавка
Покинув дом Азика, Клейн сел на омнибус и вернулся на Нарцисс-стрит.
Щёлк. Он достал ключ, открыл дверь и вдруг увидел в столовой чью-то фигуру.
Клейн инстинктивно сжал в руке трость, но тут же понял, что это не вор, а служанка Белла.
Белла, увлечённо читавшая разложенную на столе газету, от звука открывающейся двери вздрогнула и, резко вскочив, принялась запинаясь объяснять:
— Я… я только что закончила с утренними делами и жду… жду, пока закипит вода, чтобы… чтобы съесть хлеб.