Я всё ещё не привык, что в доме появилась служанка… — Клейн усмехнулся про себя, снял шляпу и, кивнув, сказал:
— Чтение — хорошая привычка. Находить время для чтения в перерывах между работой — это то, что одобряет Богиня.
Он упомянул Богиню Вечной Ночи, чтобы девушка не подумала, что он над ней смеётся.
Хотя на самом деле чтение на высокое место ставит только Бог Знаний и Мудрости… Конечно, любая церковь поощряет учёбу… Да, в семнадцать-восемнадцать лет вера в Богиню Вечной Ночи, скорее всего, — влияние родителей. А такие родители, если у них есть хоть какая-то возможность, обязательно дадут дочери образование. Может, на государственную начальную школу денег и не хватит, но на бесплатную церковную — вполне, пусть и с некоторой задержкой… Значит, Белла не неграмотная, знает буквы и может читать газеты… — Клейн задумчиво поставил трость и прошёл в гостиную.
Белла произвела на него довольно хорошее впечатление.
Хотя на кухне девушка чувствовала себя неуверенно и действовала неуклюже, она проявляла желание и старание учиться.
Белла опустила руки и смущённо произнесла:
— Я раньше… раньше почти не читала газет. Хозяин дома не разрешал нам покупать старые газеты, чтобы оклеивать стены… Я взяла её, чтобы протереть кофейный столик, случайно взглянула и… и мне показалось это очень интересным.
Бедняжка. В то время, откуда я родом, газеты были в самом конце рейтинга интересных вещей… — мысленно съязвил Клейн, улыбнулся и, достав по серебряной цепочке карманные часы, щелчком открыл крышку, взглянул на время и небрежно сказал:
— Если ты закончила свою работу, и закончила хорошо, то в остальное время можешь распоряжаться им по своему усмотрению. Не напрягайся. Конечно, если мы с Бенсоном и Мелиссой будем разговаривать, тебе лучше оставаться в своей комнате. Я разрешаю тебе пользоваться там газовой лампой и брать с собой несколько старых газет. Да, постучи в дверь моей спальни в час дня. А потом приготовь мне чашку сибосского чёрного чая, два мягких белых хлебца, один овсяный тост и небольшую порцию сливочного масла.
В честь своего повышения до восьмой Последовательности Клейн решил позволить себе небольшую роскошь и съесть белый хлеб, который Бенсон приберёг на выходные.
Да, я куплю ещё восемь фунтов. Впредь нашим основным хлебом будет белый, а не овсяный! У Потустороннего восьмой Последовательности и зарплата должна вырасти… Капитан почему-то об этом не упомянул… Опять забыл! — Клейн на мгновение замер и решил завтра всё выяснить.
— Да… да, хорошо, — ответила Белла, одновременно удивлённая и обрадованная.
Затем она с некоторой неуверенностью переспросила:
— Мистер Клейн, тот самый сибосский чёрный чай, для гостей?
Поскольку все в семье были Моретти, она обращалась к ним по именам.
— Да, теперь это будет наш обычный чай, — Клейн махнул рукой и направился к лестнице.
Став Клоуном, он вдруг обнаружил, что его финансовое положение значительно улучшилось.
Во-первых, у него временно не было крупных дополнительных расходов — только ежедневные два сула на аренду кэба для поисков домов с красными дымоходами и редкая покупка материалов, которые, к тому же, часто можно было списать за счёт конторы.
Во-вторых, на его анонимном счету лежали триста золотых фунтов. Для сравнения, ар земли и пастбищ в деревне стоил от пяти до шести с половиной сулов. То есть он мог купить от 920 до 1200 аров сельской земли или пастбищ, что примерно равно от 137 до 179 наших акров, или от 23 до 30 английских акров. Кроме того, на эти деньги он мог бы купить дом на Нарцисс-стрит в долгосрочную аренду на пятнадцать лет.
Если всё вложить в землю, то рента будет приносить примерно 23-31 фунт в год… Неплохо, но сейчас в этом нет необходимости. Эти 300 фунтов нужно оставить на экстренный случай… Фух, на днях нужно будет найти возможность и рассказать Бенсону и Мелиссе о моей настоящей зарплате! — размышляя, Клейн вошёл в свою спальню.
Заперев дверь, Клейн сел на кровать и снова погрузился в медитацию, медленно и очень осторожно беря под контроль небольшое духовное «излучение» от зелья.
Для него «потеря контроля» раньше была лишь словом, пока он не столкнулся с тем Уполномоченным Карателем.
Однако он не знал того человека, не знал, что с ним произошло, и подсознательно считал это исключением из правил, редким случаем.
Это как прочитать в новостях об убийстве в другом городе — обычный человек посочувствует и тут же забудет.
Но случай со Старым Нилом стал для Клейна настоящим потрясением. Он ясно осознал, что потеря контроля — это реальная угроза, она рядом, и может настигнуть в любой момент, самым неожиданным образом!