— Запоздают, выпалили те хором
— Несомненно. Когда мы выходили из ворот лаборатории, подъехала лебядь чрезвычайно взволнованная, кричала умнице, что ее ищет, что ей нужно объясниться, выпроводила меня, уступив машину, в которой она приехала, сама же села с умницей в ейную и растаяли.
Лицедей с кожухом переглянулись. Ожидали много, но этого не остереглись.
Подозрения кожуха, висевшие в воздухах обнаружили, что на воздух авиатор может опереться. Значит лицедей прав и вчера лебядь провела с умницей. Почему же не доложили ему об этом. Чем вызван оный приезд с утра к умнице в университет, куда лебядь вообще не входила. Да и умница не любила, чтобы тревожили ее. Что за история с географией. Они проводят вечера, а встречаются по утрам. И умница пусть приветливая подозрительно великий ученый, но женщина всетаки, которой он боялся хотя и беззастенчиво пользовался, содержит магнит. История отнимает у него жену, отрывает, ломает чудовище, чтобы дальше отвлечь и без того далекую лебядь. Заползал, не зная как поступить, попирал лицедея в бешенстве, но с упованьем.
Лицедей не знал как высвободиться. Не мог разобраться сразу в себе. До этого его заботила роль разстриги. И двусмысленные речи щеголя о встречах его жены с кожухом, что почему то ему ненравилось. Сам он твердил, что только общество его жены с лебядью ничего не значит, сейчас после сих известий он приневолен был согласиться; положение исключительно и опасность не оттуда откуда предполагалась. Именно там, где все обстояло благополучно, ничто не было благополучным несовершенным взамен совершенного. Побочно заглядывал кожуху в глаза, не зная же видит ли он врага или брата.
Разстрига кичился эффектом им произведенным. Оставалось добиться принятия в группу, заключить триумвират, так как бороться чужими средствами никакой охоты.
Однако немота лицедея взорвала кожуха. Он решил действовать.
— Действительно, теперь слишком поздно. Я принимаю Ваше предложение вернуться после завтрака и тогда приступить к работе.
Брошен лицедей. Бросился спасаться сам.
— Принимаю и я, притом охотно, так достаточно поздно. Мне хочется есть, в лесу, где меня ждут, со мной, обо мне, меня.
Разстриге опять не понравилось. Но остался любезным. Отлично. Только я должен заехать переоблачиться и к часу буду под деревьями.
— Я следую вашему примеру, одобрил кожух, но переоденусь здесь. Хотел бы съездить домой, если бы знал, что моя жена там. Вы подозреваете куда поехали лебядь с умницей?
— Нет, я не пытался расследовать и ничего Вам не могу сообщить. Я только удивился тому, что жена ваша была взволнована и тому, что она приехала туда, где прежде не бывала.
Все начиналось сызнова.
Лицедей хотел осведомиться поподробнее — с каких пор эта связь лебяди с умницей. Но как быть с кожухом. Как в его присутствии. Больше не было сил бороться.
— Вероятно, некоторая случайность. Я рассчитываю настичь жену дома, куда она должна заглянуть перед завтраком. Потерпим с полчаса, когда все раскроется несомненно. Мы волнуясь преувеличиваем
— О, разумеется, подхватил разстрига. Мы преувеличиваем. Однако дело не так просто как нам кажется. Признаю непосредственное отношение к восприятиям и наивную веру в очевидность. Но есть факты, которые не поддаются учету, пока вопрос не исследован до отказа. То же и тут. Один факт, который осложняет все и заставляет противиться вашему объяснению лицедей. Варенье было готово, но умница выронила банку, передавая, и, что самое главное выронила нарочно. Почему я считаю немыслимым существованье чего не привез, нестерпимой жажду обманов. Поэтому наверно вам хотя бы и знал, что вы говорите правду, иначе задохнусь, если поверю, умру от скуки и отчаянья, если перестану сомневаться.
— Великолепно, восхитительно, то что вы говорите, загнусавил лицедей разстриге. Но если у вас есть что сообщить по поводу взрывчатого, то сообщайте сразу, чтобы мы все знали разом. Мы не для того, чтобы шутить без конца. Вы сами знаете, что это крайне важно. И чем поспешней мы с этим покончим, исчерпав так или иначе, тем лучше, так как нас ждут к завтраку.
Но разстрига благодушествовал. Союзники пребывали неразлучными, но теперь в его власти. Отпускать их не слишком торопился, почему, сев в предложенное кресло запел, молитвенно соединив руки. Мужайтесь, о друзья, уверен, все изменится при надлежащем старании и терпении. Охотно готов помочь Вам в трудностях, Вами испытываемых прежде. Но вы должны меня восстановить в правах наследованного друга. Кожух возмутился, лицедей протестовал, на откровенные речи разстриги они ответили не менее прямым дополнением, не косвенным. Вы были моим другом разстрига и им останетесь. Но вы привезли мне весть, которой не должны были доставлять. Если бы вы отчетливо сознавали себя моим другом. Я вижу, чтобы вы в общем поступали обдумав, скорее пожалуй несколько опрометчиво. И вы превосходно учитываете, что Ваш выпад непрямодушен. Если это и не удар в спину, то в жопу во всяком случае.