Бедная швейка. Уже замечала она, что силы ее подходят ко дну, тщетно пыталась найти в себе прежнюю уверенность, что он своего добьется и ощущала дрожь, влажные ладони. Лицедей уже видел, что ей трудно, ждал как она скоро выдохнется и пойдет прочь. Он смеялся. Стоя напротив швеи хохотал, непринужденно, с серебром. Швея удивилась, каким удовлетворением была полна эта радость. Лицедей: простите меня за разнузданность, но я не могу не смеяться видя, что вы такая же бессильная жертва, как и все мы хотя и стараетесь заговорить себя. Посмотрите как следует, оглянитесь, очнитесь, неужели вы не видите, что гоните меня во враги безо всяких оснований. Разрешите рассказать Вам поэтому:
Всего полчаса назад я был у щеголя, так он просил меня заехать, вслед за данным ему обещанием, но мне позвонил кожух и сообщил, что ему доставят некий новый состав от моей жены и так я торопился начать эту смесь, кажется для смазывания наконечников булавок перед втыканием их в материю (что якобы весьма уменьшает их трение), то я заглянув к щеголю сообщил ему, что я не могу присутствовать при его сборах и выехать с ним в лес на собрание друзей, а должен поспешить к кожуху, дабы наметить условия пользования. Ваш щеголь о котором вы так печетесь, оберегая его от меня, закатил мне сцену, необычайно запутанную и дал мне понять, что он де против моих встреч с кожухом. Вы говорите на разных языках — Вы и он, но говорите одно и то же и так же, как Вы кипятитесь из-за моей дружбы с ним, так и он из за моей дружбы с кожухом. Кто нибудь из Вас конечно прав. И если есть за что осуждать мои отношения со щеголем, то неправ щеголь, так как у него нет в таком случае поводов к наступленью на мою дружбу с кожухом, а если щеголь неистовствует, отношения с кожухом, моим товарищеским соперничеством, то тогда неправы вы и на вашем месте должен был бы сидеть кто-то другой. Поэтому даю вам добрый совет повидать сперва щеголя, сговориться с ним и потом столковавшись привлечь и меня к беседе.
— Не верю ни одному вашему слову. Ни вашей беседе со щеголем, ни тому, что вы ему приписываете. Хотите теперь переложить на него вину, как вы только свалили на мужа. Клеветник. Только заключаю из ваших слов, что есть что-то между вами и щеголем, чего вам не удалось утаить. Ну так что же? После домой. Беседа гостя начинала походить на попугая, повторяя одно и то же и не двигаясь с места. Переливанье из пустого в порожнее. Бессилие. Беспомощность. Полюс где нет движения. Что еще? И какой северный или южный. Кто прав, кто виноват? Отчего и оттого? Если что то возьмет между лицедеем и щеголем. Щеголь, но разве он непогрешим. Клевещет ли лицедей. Но и лицедей ведь не папа.
Она повернулась опять к собеседнику. Поглядела она на него. Лицо того постарело и вытянулось. Не страдает ли он также как и она. Она обошлась презрительно с его рассказами, а может быть они были не меньше горестны, чем для нее. И лицедей совсем вытянутый, как он должен был бы если бы...
Она встала посрамленной. Ах, очевидно щеголь обманывал ее, пристрастившись к лицедею. А она то поверила лебяди. Прощайте. Лицедей спустился, провожая ее. У крыльца действительно стояла рядом с его автомобилем машина лебяди. Я не поеду в лес, добавила швея. Извинитесь за меня перед друзьями. Передайте мужу, что я дома.
Лицедей захлопнул дверцу и замахал кистью. Занял место за рулем и без шляпы с лицом покойника уехал в заросли.
12.29
Больше получаса истрачено на сочиненье этого несчастного письма. Нужно наверстывать.
С лихорадочной поспешностью стал одевать щеголь ся в женское платье, немного слишком пышное и откровенное для послеполуденного обаяния женщины.
Но как он не был увлечен этим, мысли, слова на редкость назойливые, не отставали от него. Каждая новая его удивляла и заставляла с ней соглашаться.
Кожуха он оставит для себя. Он взял с ночного столика несколько автомобильных журналов и стал пересматривать снимки, где фигурировал кожух. Какая гадость, что кроме мужа ему решила пакостить и жена. Звонок умницы застал его в разгаре умозаключений.
После двусмысленного поведения лицедея экстравагантный приезд к нему умницы был явным вызовом, но несомненно должен был осветить проблему его больше всего занимавшую. Разве попробовать отбить ее у кожуха. Сможет ли он поделать что нибудь против этого колосса, который раздавил его, и потом послать к ебаной матери?
Во всяком случае решил быть как можно оборонительным, провести к нему умницу немедля как приедет без доклада. Закурил длиннейший чубук и, развалившись, ждал.