Как может он продолжать свою дружбу со щеголем, когда от этого терпела ущерб его жена. Совершенно достаточно этого факта, чтобы эти отношения были прекращены или изменены.
Какого множества деталей ее жизни он не знал однако. Он совершенно не занимался тем, как она жила и ничего не знал о том, что она делала. Какой промах. Надо найти жену, все выяснить и постараться изгладить ошибки прошлого.
Звонок щеголя заставил его притвориться. Это еще лучше, если он приедет сюда сам, так скорее разрешатся все вопросы. Он ждет да он ждет. Он будет рад, очень рад.
Двойная игра кончается, щеголь может остаться один, если ему угодно с его чувствами, но он выходит. Сейчас же они договорятся до всего. И им незачем ссориться, они могут дружески покончить со всем этим. Он будет брать щеголя на гонки в пробеги, встречаться с ним, но незачем не надо и не к чему. Он умеет обращаться с мужчинами. Но вообще они много хуже женщин. Вот лицедей. Это игра краснобая. Если положить разложить и приложить, а потом переложить, то останется только уложить и чемодан готов и можно отправляться в путешествие, вспомнил он фразу жены.
И он опять думал о жене, захлебываясь от удовольствия. Если бы он знал, что этот полдень в полдень был полднем их жизни и все они, возмужавшие сейчас стояли в зените и все в разных концах города переживали это сердцестояние. Но как умница, как разстрига, как лицедей он считал, что только он один сейчас занят подобным необычайным для него просветлением. И он стремился ему навстречу, отдавался мыслям и хотел только, чтобы щеголь приехал как можно позже.
Он взял карточку своей жены со стола. Она была снята у его автомобиля, который он построил и подарил ей недавно. Он рассматривал карточку со всех сторон и достал ее из рамы. Но он не хотел видеть ее такой, он хотел только ее без машины и всякой всячины. Он достал ножницы и стал обрезать карточку постепенно уменьшая ее, так, чтобы в конце концов осталось одно лицо одно маленькое личико, выглядывавшее из под низко надетой шляпы. Потом он отрезал и шляпу.
И вот ее лицо лежало перед ним, улыбающееся, единственное, драгоценное.
Принимать или непринимать щеголя. Не лучше ли сказать, что он уже уехал и остаться наедине с этой отрезанной головой, от которой осталась только нижняя часть лица. Он нагнулся и поцеловал этот обрубок лежавший у него на столе и продолжавший улыбаться.
Ему даже показалось на минуту, что этот обрубок был ему дороже живой жены. Какая глупость. Он решил оправдать себя, вспомнив о недостатках своей жены. Но таковых не было. Очевидно, он вовсе ее не знал. Не мог же он считать ее недостатками ее легкомысленный образ жизни, то что она слишком часто появлялась в обществе незнакомых ему мужчин. Он сам поступил бы также на ее месте, он был виноват во всем, он один, идиот, не понимавший какое сокровище он держал, расточавший его, отдававший другим, идиот, да и только. А он считал себя человеком практичным и бережливым.
Щеголь, ворвавшийся в кабинет, смел и вымел все, что было в душе кожуха. И неприязнь, которую тот испытывал к нему перешла теперь в неистовство и ненависть.
Молчать — крикнул он щеголю, когда тот только открыл рот, чтобы что-то сказать. Таким же жестом, каким он взял лицедея, он подхватил щеголя и бросил его в то же кресло.
Сиди, молчи и слушай.
Его озлобление приняло форму бешенства. Как он смел спугнуть его мысли.
Ни с места. Если ты шевельнешься, я тебя убью. Щеголь сидел привалившись в кресле и молчал, открыв рот. Что это шутка или черт знает что. Но кто же так шутит. Он ничего подобного не видел со стороны кожуха. Он только что был так ласков по телефону. Кто же мог это устроить. Умница, вероятно она, кто же мог, кроме нее.
Он хотел сказать что-нибудь, но не смог. Ничего не выходило. Рот оставался открытым и он молчал.
Между тем кожух пододвинул стул, поставил на него колено и сказал: мы с вами перестанем вовсе встречаться, потому что вы не умеете себя вести. Мои встречи с Вами вероятно породили целый ряд разговоров, расстраивающих мою личную жизнь. Я давно хотел сказать Вам об этом. Теперь пора. Вы не будете искать встреч со мной, понимаете нет. Теперь слушайте.
Вздор, закричал щеголь, вскочив с кресла с такой решимостью и быстротой, что кожух так и остался стоять. Вздор, говорю Вам. Кто наговорил Вам все это. Откуда Вы все это узнали, объяснитесь. Все это вздор, вздор и ложь. Кожух толкнул его рукой так, что тот упал. Сидите и не кричите. Сейчас вы все узнаете. Я узнал об некоторых фактах свидетельствующих о том, что моей семейной жизни грозит урон из-за моих постоянных встреч с вами. Понял. Так я хочу быть свободным и все свободное время отдать моей жене, но я и не хочу больше встречаться с вами. Поняли.