«Групповая фотография? Это вообще ничего не значит...» — Клейн, родившийся в эпоху информационного взрыва, видел слишком много подобных вещей. Он бы не купился на такую историю только из-за одной фотографии.
Однако не имело никакого значения, поверил он этому или нет. Ему оставалось только взять ручку и составить астролябию в соответствии с ключевыми моментами времени и информацией, которую предоставил Гласис.
Через некоторое время Клейн указал на астролябию и сказал:
— Вы и сами должны быть в состоянии понять, что это очень неудачное начинание. Под красочной обёрткой скрывается гигантская пропасть.
— ...
Гласис надолго замолк. Он несколько раз хотел что-то сказать, но так и не смог найти нужных слов.
Через несколько минут внутренней борьбы он с печальной улыбкой выдавил из себя:
— Я тщательно всё обдумаю, но в спокойной обстановке, дома.
Услышав его ответ, Клейну оставалось только вздохнуть и покачать головой. Он осознал, насколько же беспомощным мог быть Провидец.
Провидец мог только дать рекомендации, а не принимать решение за других.
Когда они вышли из Топазовой Комнаты, к ним подошла Анжелика и сказала:
— Мистер Моретти, кое-кто хочет, чтобы вы ему погадали.
Сказав это, она шёпотом добавила:
— Он не спрашивал моего совета. И даже не просматривал альбом.
«Моя репутация уже настолько велика?» — Клейн озадаченно посмотрел в сторону приёмной.
↑ Рантье — лицо, живущее за счет ренты, то есть доходов, получаемых от капитала, как правило, размещенного в виде банковских вкладов, недвижимости и тд.
Глава 63. Толкование сна
Клейн шагнул вперёд и увидел перед собой нового клиента. Им оказался человек в чёрном костюме и с цилиндром на голове, из-под которого выглядывали короткие светлые волосы. Мужчина держал в руках деревянную трость, инкрустированную золотом. Его нос с горбинкой напоминал ястребиный клюв.
«Жених Анны... Джойс Мейер, человек, прошедший ужасное испытание». — Клейн узнал его по своему видению и тут же с улыбкой поздоровался:
— Добрый день, мистер Мейер.
— Добрый день, мистер Моретти. — Сняв цилиндр, Джойс поклонился в знак приветствия. — Спасибо за совет, который вы дали Анне. Она никак не перестанет хвалить ваши чудесные способности.
Клейн фыркнул:
— Я ничего не сделал. Вам стоит благодарить лишь самого себя. Без решимости и надежды вы не смогли бы преодолеть подобное испытание.
После обмена любезностями Клейн внутренне рассмеялся.
«Можно ли считать это обоюдным подхалимажем?»
— Честно говоря, я всё ещё как будто во сне. Не могу поверить, что пережил эту череду ужасных испытаний. — Джойс задумчиво покачал головой.
Не дожидаясь ответа, он с любопытством спросил:
— Вы узнали меня сразу же, как только увидели. Меня выдал уникальный нос, или вы предсказали нашу встречу?
— Мне, как провидцу, многое ведомо, — Клейн ответил так, как и полагает любому шарлатану.
Джойс не нашёл что ответить, и только через десяток секунд смог выдавить слабое подобие улыбки.
— Мистер Моретти, я хочу попросить вас о предсказании.
В тот момент, когда Джойс уже заканчивал предложение, на него внезапно снизошло озарение.
Мистер Моретти называл себя провидцем, а не предсказателем. Провидец!
— Хорошо, давайте отправимся в Топазовую Комнату, — жестом пригласил его Клейн.
Внезапно он почувствовал, что ему очень бы пошла длинная чёрная мантия. Клейн старался свести любое общение к минимуму, поддерживая тем самым своё амплуа загадочного провидца.
Войдя в комнату, Джойс Мейер запер за собой дверь. Пока клиент осматривался, Клейн воспользовался возможностью, дважды коснулся межбровья и активировал духовное зрение.
Джойс сел и прислонил трость к столу. Он нервно поправил свой чёрный галстук и хрипло сказал:
— Мистер Моретти, я хочу, чтобы вы истолковали мой сон.
— Истолковал ваш сон? — Клейн вёл себя, как будто ждал именно этого вопроса, а сейчас просто уточнил.
Клейн видел, что цвета, отвечающие за здоровье Джойса, поблекли, но ни один из них не предвещал надвигающейся болезни. Цвета, символизирующие эмоции, были преимущественно синими, а их насыщенность показывала, что тот явно взволнован.
Джойс серьёзно кивнул.
— С тех пор, как Люцерна прибыла в гавань Энмат, меня преследует один и тот же ужасный сон. Я знаю, это могут быть последствия эмоциональной травмы, и, наверное, мне стоит обратиться к психиатру, но я подозреваю, что здесь что-то не то. Сон отличался бы каждую ночь, в каких-то деталях, но отличался бы, а этот, этот кошмар, он постоянно одинаковый. По крайней мере то, что я могу вспомнить.