Но Клейну казалось, что свет в спальне тусклее, а температура на несколько градусов ниже, чем снаружи.
В то же время он слышал плач и стоны, как будто кто-то отчаянно боролся за свою жизнь.
Клейн вошёл в транс, и всё внезапно пришло в норму. Солнечный свет ярко светил через окно и заливал всю спальню. Температура стала нормальной, ни высокой, ни низкой, а окружающие его полицейские, телохранители и дворецкий хранили молчание.
«Это...» — Он краем глаза посмотрел на простую, но роскошную кровать и заметил, что в тенях затаилось множество мутноватых глаз, словно мотыльки, бесстрашно порхающие вокруг газовых ламп.
Однако, подойдя поближе, Клейн потерял их из виду.
«Не простой призрак или злой дух... Что же это такое?» — Клейн нахмурился и начал вспоминать то, что изучал всё это время.
Из того, что он понял, эта миссия была бы очень лёгкой, если бы её передали Сборщику Трупов, Могильщику или Духовному Медиуму. Это явно не в его компетенции.
Сдерживая желание использовать предсказание, чтобы расследовать дело дальше, Клейн медленно огляделся, чтобы найти другие улики и подтвердить несколько своих догадок.
— Инспектор. — Сэр Дуэйвилл колебался, но спросил: — Вы что-нибудь обнаружили?
— Если бы это было так просто, я полагаю, мои коллеги уже решили бы это дело, — ответил Клейн, неосознанно взглянув на филантропа.
Как раз когда он планировал отвести взгляд, Клейн внезапно увидел, что в зеркале за сэром Дуэйвиллом отразилась расплывчатая белая человеческая фигура.
Нет, там было много фигур, накладывающихся друг на друга, в результате чего получался один искажённый белый образ.
Этот образ неожиданно сверкнул, и Клейну показалось, что он услышал слабый плач.
«Фух...» — Он едва не вытащил пистолет от испуга и выдохнул, чтобы успокоить нервы.
«Восприятие, усиленное с помощью духовного зрения, однажды напугает меня до смерти...» — пошутил Клейн, пытаясь расслабиться, после чего снова обратил своё внимание на сэра Дуэйвилла.
На этот раз он увидел что-то другое.
Теперь, когда он был в своей спальне, вокруг сэра Дуэйвилла мерцала тусклая искривлённая фигура. Она даже приглушала свет.
Каждая вспышка этой фигуры сопровождалась криком и стоном, который едва ли мог услышать обычный человек.
«Едва слышимый для простого человека при нормальных условиях? Потому что сейчас день?» — кивнул Клейн, подтверждая свои догадки.
Он уже составил первоначальное суждение по этому делу.
Сэра Дуэйвилла преследовала обида. Остаточная духовность, возникшая в результате неразрешённых эмоций перед смертью человека.
Когда подобные чувства задерживались в этом мире в течение длительного периода времени и становились сильнее, они превращались в злого духа.
«Но сэр Дуэйвилл — известный филантроп. Даже придирчивый Бенсон в восторге от него. Почему же он увяз в обидах мертвецов? На самом деле он двуличный человек? Или это дело рук потусторонних с гнусными намерениями?» — Клейн с подозрением обдумывал все возможные варианты.
Немного поразмыслив, он посмотрел на сэра Дуэйвилла:
— Уважаемый сэр, у меня есть несколько вопросов.
— Пожалуйста, спрашивайте. — Сэр Дуэйвилл устало сел.
Клейн собрался с мыслями и спросил:
— Когда уезжаете отсюда в другое место, например, на виллу или в Баклунд, удаётся ли вам поспать хоть полночи, прежде чем всё начнётся снова и становится так же, как и здесь? А теперь, даже когда спите днём, вы всё равно слышите стоны и плач?
Полузакрытые глаза сэра Дуэйвилла внезапно расширились и засияли надеждой.
— Да, вы нашли корень проблемы?
Только теперь он понял, что из-за длительной бессонницы и нервного перенапряжения совершенно забыл сообщить полиции о такой важной детали.
Видя, что вопрос Клейна открыл что-то полезное, инспектор Толле расслабился. Он понял, что Ночной Ястреб нашёл подсказку.
Сержант Гейт тоже был удивлён и заинтересован. Он начал внимательней присматриваться к этому психологу Клейну.
«Это совпадает с симптомами спутанности сознания и накопления...» — Получив ответ, Клейн в основном подтвердил свою догадку.
Теперь у него было два способа помочь сэру Дуэйвиллу избавиться от этого бремени. Один заключался в том, чтобы установить алтарь и полностью устранить обиду мёртвых. Второй же предполагал найти корень проблемы и решить её.
Принимая во внимание правила, запрещающее демонстрировать обычным людям потусторонние силы, Клейн планировал попробовать второй метод. Только если он потерпит неудачу, то станет молится Богине.