Дверь со скрипом отворилась, и Клейн увидел инспектора Толле, который стоял на страже снаружи, не позволяя никому приблизиться.
— Что-то случилось внутри? – немного с сомнением в голосе спросил Толле.
Он едва слышал, что внутри что-то шумело.
Клейн улыбнулся и в шутливой форме сказал:
— Член парламента Мейнард вернулся к жизни и на радостях решил страстно меня обнять.
— Это не смешно… – Инспектор заглянул в комнату.
— Я говорю правду! – воскликнул Клейн, разведя руками, – По не ясной причине, Мейнард превратился в зомби. Ну, в историях, в которых замешаны духи, такое часто случается. К счастью, я оказался здесь и использовал ритуал очищения, вернув бедолагу досматривать свой вечный сон.
— Это как-то связано с причиной его смерти? – нахмурившись спросил Толле.
— Не могу этого сказать. Я даже не знаю причин подобного. Должен сказать, что такие случаи сплошь и рядом в нашей профессии, – сказал Клейн. Затем он достал рисунок девушки, – В любом случае, в видении смерти Мейнарда я видел его с этой женщиной. Они делали весьма непристойные вещи, которые обычно делают муж и жена наедине. И так случилось, что, достигнув кульминации, он схватился за сердце и умер.
— Вы имеете в виду… это и есть причина смерти? – Толле показал характерный жест руками и подмигнул.
— Вполне вероятно, но следует подождать вскрытия, – Клейн передал портрет.
Толле взглянул на портрет, и тут же вскрикнул: «Это же мадам Шарон!»
Клейн растерянно посмотрел на него.
— Она какая-то важная особа?
«Судя по её внешности и фигуре, она должно быть популярна…» – подумал он.
Толле огляделся и взволнованно прошептал: «Мадам Шарон самая красивая вдова Тингена! Она очень знаменита в определенных кругах. Её мужем был Барон Хой, до того, как он, к сожалению, скончался…»
— Здесь её знают многие бизнесмены, купцы и аристократы, которые входят как в Новую, так и в Старую партии.
— Так же ходят слухи, что она и её пасынок, нынешний Барон Хой, находятся в фаворитах многих дворян и чиновников Баклунда. Она очень влиятельная дама. Подумать только, что у неё был роман с Мейнардом… Хе-хе…
«Проще говоря, она выдающаяся светская львица…» – тайно заключил для себя Клейн. Он повернулся и указал в глубь комнаты.
— Допрос мадам Шарон не требует моего присутствия, таким образом, что будет происходить дальше – меня уже не касается.
«И… Я ударил труп Мейнарда своей тростью во время очищения. Вам как-то нужно придумать объяснение…»
Глава 174. Мадам Шарон
— Что?!
Толле подскочил с места от слов Клейна, с такой ловкостью, которая совсем не была естественна для его «медвежьего» тела. В мгновение ока инспектор уже стоял около кровати.
Он откинул белую ткань, накрывавшую труп, и, тщательно осмотрев тело, с облегчением вздохнул.
— Хм… Я представлял что-то похуже. В общем, ничего серьезного.
«Может быть, мне следовало выхватить револьвер и пять раз выстрелить в Мейнарда? Тогда это было бы достаточно серьёзно?» – мысленно проговорил Клейн.
— Я могу идти?
— Нет! – крикнул Толле, – Подождите минутку.
— Что-то еще нужно? – озадаченно спросил Клейн.
Толле серьезно объяснил: «Нам надо быть осторожными. Вы сможете уйти сразу после того, как я поговорю с мадам Шарон и возьму с неё показания».
«К тому же, после того, что случилось с трупом Мейнарда мне не по себе. Что я буду делать, если произойдет снова что-то подобное?» – Про себя добавил Толле.
— Хорошо, – Клейн помассировал виски и попросил, – Мне надо немного отдохнуть, найдите мне комнату, где я смогу это сделать…
Он чувствовал себя нехорошо, побочные эффекты зелья давали о себе знать. После проведения ритуала и использования двух амулетов, ему необходим был сеанс Когитации, чтобы успокоить нервы и снять напряжение.
Клейн боялся потерять контроль.
Толле снова накрыл мертвое тело белой тканью. Он явно расслабился и ответил: «Будет сделано».
Он привел Клейна в гостевую комнату, расположенную с солнечной стороны дома.
— Инспектор Моретти, прошу. Здесь вас никто не потревожит. А я отправлюсь к мадам Шерон.
Клейн слегка кивнул и проследил, как Толле уходит. Затем он закрыл дверь и задвинул шторы.
В полутемной и тихой спальне он медленно подошел к креслу-качалке и удобно уселся в нем. Он позволил своему телу ритмично раскачиваться взад-вперед.