Вот идут они в лес,
Куда сам не влез.
Кругом подымается бор густой,
Идет перед ними путь простой,
80_ Прямо идет дорога мимо кустов, мимо пней, мимо ям,
А кругом стоит лес, не влез в который сам.
А за лесом лежит широкое поле,
Широкая, просто вольная воля,
Всё шире разливается степь полевая,
Да двоится дорога, пути поливая.
Идут вперед. Перед ними гриб Бабы:
Нет куда вам идти, обоим двоим вам куда бы!
Счастья ради найти поискать бобы бы,
Если б можно бо — бы, да кабы вы бы бы!
90_ Направо пойдешь — ничего не найдешь,
И налево пойдешь — ничего не возьмешь,
не поймешь,
не поймаешь
и не принесешь, —
Баба-гриб говорит им слова таковые.
Да, но только кто же из них своя голова у выи?
Стали братья метать жеребьем стрелы из лука,
Кому направо, кому налево — разлука,
Наметали они целую тучу стрел в тучу,
100_ И вдруг оттуда, где гуща стеснилась в кучу,
Валится с грохотом в птицу продернутая змея:
Здравствуйте, — говорит, — Дочь-лебедь я!
А сама-то красавица, вся из белого злата,
Глаз — алмаз, а хвост с шеей из серебра-то,
А крыла-то у нее из малахита,
Грудь с животом драгоценною медью подбита —
Нет прекрасней ее ни птиц, ни змей,
Ни даже ящериц летучих, ей-ей.
Давай, изжарим, да и съедим ее, —
110_ Говорит Хвалын Касп. — Это для нас самое необходимое.
Нет! — заорал Урал, — Нет!
Пусть дочь вернется к родителям, а не на тот свет!
На том свете, говорят, пути тяжелые,
На том свете, говорят, все люди голые,
Говорят, говорят, только бесы рьяные,
А птицы, змеи да зверье валяются пьяные!
Услыхала Лебедь-дочь, о чем у них спор,
Да и прочь, направо-домой, во весь опор.
Говорит Хвалын Касп: Я за ней пойду.
120_ Где приляжет, там и найду.
А ты, брат, иди себе дороженькой левой.
И пошли они: тот сам по себе, а этот — следом за девой.
Глава 4. Урал дерется с быком
Вот пошел Урал левой дорогой,
И пришел Урал куда-то там понемногу.
Видит город Урал за стеною высокой,
А народ кругом бедный, обиженный, кривобокий,
Какой-то угнетенный — на лицах срам,
А окна сами падают с рам,
Словно кто неживой наплевал им в душу
130_ Или съесть недоел надоел им грушу,
Или навалил, наварил им гречу.
Хотел Урал обратиться к ним с возвышенной речью,
Но только он начал, как видит — что ж?
Топорщась, словно гигантский еж,
Шестнадцать инвалидов на носилках
Несут повелителя с мощным затылком.
Затылок тот весь в сверкающих складках,
Сам — смотрит в рот и глядит несладко,
Руки как у слона,
140_ Ноги — два носорога,
Белым жиром полна
Сала его берлога,
Уши как у осла,
Нос — хобот висячий
Завивается, словно хвост поросячий,
А глаза — пруды,
Где не бывает воды.
А инвалиды те — великаны громадные,
Никакими подарками не обрадованные.
150_ И рот отворяет правитель Катило
(Слово его на всех накатило)
И говорит повелитель:
Кто выйдет с быком моим биться, воитель,
Буде будет он победитель,
Тому за знатный удар
Знатную пленницу в дар
Дам там,
А не победит — пусть катится ко всем чертям!
Ха-ха-ха! Кто поймает Катилу на слове? —
160_ А все черти его уже наготове
Стоят и ждут, что он им приготовит.
И четырьмя копытами
Мерно
Мощный выходит рогами вперед недобитый
Чрезмерно
Черный бык,
Меж губ белый клык,
Опасный зуб
Меж хищных зубов,
170_ Словно дуб
Посреди дубов,
Словно пень между пней, пламенем оскаленных.
И пали все. Но среди поваленных
Не было только Урала,
Смелость которого вверх стоять простирала.
И бык мычит полувнятной речью:
Кто тут судьбу человечью
Решил испытать предо мною, Быком…
Но бьет Урал по рогам кулаком —
180_ И падает бык,
Из зубов выпадает клык,
Раздваиваются, расщепляются в щепки копыта,
И из ноздрей уж не огонь, а копоть.