Да и выдался вправду такой вечерок
Вся округа — пузырь смоляной
По железу чугун в черепах поперек
Голый воздух колдует смолой
А сегодня луна как шалфей и шафран
Развернула седой сарафан
Ах зачем же тогда оглянулась она
20_ И стоит как соленый болван
— Значит, дождь — говоришь? Керосин — говоришь?
Ты как Ной нам вещаешь навзрыд:
На пороге плясать чтоб не падали с крыш
А ковчег в огороде зарыт
Поднесите пророку смокву и хурму
Лопухов принесите ослу
Ну-ка разом, друзья! Да всем хором ему!
Как вчера — молодому послу
И кудахтали: Ах ты — вот так-таки-так
30_ И сказал бы: «А я за юнцом
Хоть в пучину, в пустыню, в пещеру, в кабак!»
Что за прелесть с веселым концом…
А луна над пустыней одна солона
В серебре головы котлован
Но зачем же туда обернулась она
И застыла: соленый болван!
… Хлопотливых чудес чтоб с дружком в лопухи
Про бензиновый дождик плести
Десять рыбок? — Пойди поуди из ухи
40_ Целый город — и нет десяти!
Ну, подругу по кругу да круг по домам!
Встали в сумерках — ляжем чуть свет
Попугай же бензином асфальтовых дам
Поливай керосином проспект!
Холодна над пустыней ее голова
И горька словно дым седина
Солоней чем Соленое Море глаза
Ах зачем ты глядела туда
Над смолой серебра и над серой луны
50_ В нефть одетая ночь-бедуин
От пожара взошла головою жены
И глотнула очами бензин
Солона и горька, холодна и нема
Над пустыней сверкает одна
В небе камень-луна как ее голова
Словно камень сверкает она.
97. ТАЙФУН И СКУКА
Усмехался Тайфун в голубые усы
А кикиморой Скука была
Пролетели твои золотые часы
И журавли — курлы-курлы
Не правда ли — руки, когда они высоки́
И пять пальцев на каждой
Взгляни на это дважды
Ради ветра и моря
Ну не болотный ли в самом деле дух
10_ Образовался из испарений его сестры?
Говорил Тайфун, и усы его развевались вдоль гребней волн:
Сыграть ли мне когтем на лире — на корабле
Где струны это свитые от страха души тех кто на нем?
А Скука ему возразила:
Рано радоваться
Возможно они видели воду в зеркале.
Так что ж!
И автор добавит, что
Скука права
20_ И этого нельзя отрицать.
Дул Тайфун, выл Тайфун, завывал Тайфун
Но та ему не поверила:
Век ураганов прошел
Золоченые птицы ходят как могут ногами
Руки со скуки гуляют обнявшись попарно.
Тогда сразу разбух Тайфун в водяной морской пузырь
Ветром в воздух вознесен взвыл и немного пискнул
легчайший жесткий краб
Даже спрут пополз к хокусаевой падчерице
наводить на нее сон жены рыбака
Самое море встало на четвереньки
30_ И уж не теми глазами глядело
Как на сладких соленых змеях
пятится по его спине раздутый крылатый пьяница
со своим безобразным животом
А Скука сказала очень внятно:
Неужели и правда последние мы
Что боимся и жизни и смерти?
Это немногословное восклицание так поразило Тайфун
Что он закрутился отчаянным вихрем
Внезапно обдавая брызгами
Летучую желтую радугу
Ах! Что же нам делать! Что делать —
40_ Орала в воздухе всевозможная рыбная тварь
И подсыхали жабры
И Скука торжествовала
Но торжество ее было временным,
Мы попробуем спеть другую песню
Песню с рогами и лапами
Песню с клыками и шерстью дыбом на мокром загривке
Песню с нехорошим зрачком,
С серым нутром
Песню с мордой —
50_ Простую песню-собаку.
98. ВЗОРЫ НЕЖД
Когда Саладин с войском покидал Каир
Народ взошел прощаться с площадей
И лица обращенные к вождю
Застыли в ожидании
Усеяв минареты и столпы,
Как суфий вдруг сквозь грязный шелк толпы
Пред голубой металл воинственных одежд
Возник — и крикнул весь в тоске своей глубокой:
— Наслаждайся взором волоокой Нежд
10_ Наутро не увидишь волоокой.