Ночь вступает в свои права
400_ По холмам и по высохших русел текучим созданьям
Где шуршит дикобраз и летает сова
По вороньим следам и орлиным изустным преданьям
В небесах истлевая возникнет большая стальная река
И пустыня прольется навстречу такими потоками мрака
Что обнимет жену в чепраке бедуина сухая рука
И залает собака хвосты поднимая от счастья и страха
Звезды падают навзничь с веселых горгоньих кудрей
Сквозь невзрачного воздуха ночи седые колонны
И большая Венера-Иштар синеватой и лживой зарей
410_ Меж востоком и западом спляшет свой танец холодный
О как лживы, как глухи и немы пустынных небес
золотые слепые вожди!
Так легко уступают серебряный век свой они
беззаконьям блистательных чисел
Тщетно царские девушки ждут чтоб лились золотые дожди
Но бесплодно их легкое лоно и холодно плоти
серебряных чресел
Ни зеленый Зевес, ни Меркурий,
ни угольный пыльный Нергал
И ни дальний медлительный пламень
латинского имени Крона
Не сгустится горящей серьгой чтобы в колокол им —
в озаренные недра войти и трезвонить хорал
И расплавить падучие стены тюрьмы роговой
пересохшего лона
Да и, право, как можно святые мгновенья любви и страстей
420_ Воплотить по охоте светил,
знаменующих формы времен
круговратно бесстрастно?
Драгоценное тело пустыни поет завывая
из Мертвого моря тростей
Нарочито бессмертна она и за это она никогда
не воскреснет напрасно
Только в серую бездну безмерно алкающих душ
бесконечный пустынный разврат
Изливает всем телом небес бытие в галактическом
пагубном ритме
Вот и вновь претворен
в Набатейских предгорий рассвет
Аскалонский заморский закат
Полнолунного дня половиною тучной в желтеющем нимбе.
35) А утром он ему сказал: Скажи камням
И он сказал тогда: Лети с крыла
И, если да — пади к моим ногам.
430_ Учитесь иностранным языкам,
Изгнанники! — Поди скажи камням
А там — пойди, беглец — взлети с крыла
Скажи камням — пади к моим ногам
Скажи камням на новом языке
Что значит здесь свобода хлеб и власть
А сам лети с крыла зерном в муке —
Учитесь падать и неситесь пасть!
Твердите на пустынном языке
Слова недолговечные камням
440_ Летите прямо с крыльев налегке
Вас принесет ко мне в пустыню к нам
Придите пасть — пастись к моим ногам
И будет мир в руках и хлеб в руке
Цари, цари, учитесь ремеслу
Уже седлают белого осла
Цари, учитесь ремеслу, цари
Берите ветвь и наряжайте слуг
Уже седлают белого осла
И на краю небес уже горит
450_ Учитесь ремеслу, цари, цари!
А он ему сказал в ответ: Не искушай
Сказал ему тогда: Не искуси
И если да то ныне отойди
Пока седлают белого осла
Пускай седлают белого осла
И куст пылает и она пуста
36) Вослед перу щебечущего права
Когда бы нам лететь на светлый остров
По воздуху в котором пела пава
460_ Легко рисуя ввысь свистящий остов
Без меры разума немеющего подвиг
Лишь друга разумея в духе меры
О небо, подожди любви другого
Что льется в песнь спасенным легкой верой
О жалкий стон из безобразной глотки
О крик сухой щебечущей надежды
Пустые паруса крылатой лодки
Любви в обличье птицы прежде в небе
Взлетают в воздух как обман надежды
470_ Терзая слух словам обмана с плахи
Редеют перья аистовой птахи
И с песни речи ветр сорвал одежды
Нагой любви мутнящей разум веры
Напрасно образ мнит любви из ветра
Соткать Софии веры перья речи —
Слепую птицу тщетно гонит кречет
Вослед перу щебечущего права.
Мы ловим птиц из алебастра песни
Поем мы птицу в алебастре лова
480_ Мы алебастрствуем ловлей в песне птицы
Мы птицедействуем на ловле алебастра
Мы ловим в алебастре песнопенья
Птиц пенья нас о алебастр ловли
Птах в песнь.
И чуду гипсовой поимки
Дивятся созерцающие твари —
Речам и пенью мела в мрамор дива
И памяти — белее алебастра
И зренью песни что белее чуда
490_ И слуху что возвышенней улова
Пернатой формы в белый мрамор гипса