Читать онлайн "Том 1. Стихи" - Волохонский Анри Гиршевич - RuLit

Чем зреть в цвету давайте вспашем Чтоб жизни опыт отозвался — Мой Дон-Жуан в донжоне вашем Смотрите чтоб не разрыдался.

Перчатку с буквами «три дня» Я поднял и храню И вам так просто не верну И не отдам отнять. А на коне о трех ногах На ком теперь скакать? А на быке о трех рогах По ком теперь пахать? О трех на лебеде крылах За кем теперь лететь? — Порхать-лететь-пахать-свистеть Да на троих верхом… В тройной папахе Римский Поп Тройному Богу в честь Тремя перстами об и в лоб В ладонь щепоть наскресть Свой сводит счет через меня А думает о том: — Когда три дня средь бела дня, Что с месяцем потом? Моя ж триера в три весла Гребет наперерез Вдоль третьей палубы весела По солнцу морем в лес А одаль месяц-не-луна Звенит из-под волны: — Трех дней достанет вам и нам На трижды три луны. Две рукавицы променяв На варежку «три дня» Знак «три» сверкает для меня С перчатки «три меня».

Я, помню, вас молил о милостивом взгляде, Вы — меч сулили в дар мне с ножнами взамен, И вот мой день прошел в дыму как на параде Обманутых надежд из Книги Перемен. Законы времени просты и непреложны, Но всё ж я вновь дерзну с мольбою предложить: Бог с ним с мечом. Давайте ваши ножны, А мы — Бог даст — найдем чего туда вложить.

А как на горе Скопус На самой вершине ее Кастратус Евнухос, Евнухос приплясывали.

Кто гасит фонари о факел просвещенья Переливая цвет ответного смущенья В крыла рыжее шеи чем нога — И синее от сих и га-га-га. Прозрачнее ручья, который плещет чистым С лазурной бирюзой толченым аметистом На алебастре тонком на скуле Иль словно голубой на мраморной скале Род мха, который где-то рдеет А где-то зеленеет и желтеет, Бледнеет рыхлым изумрудом — ну и пусть! — Придется нам еще весенний пыльный гусь Как зимородок вверх порхающий поющий И в розах селезнем и в полночь полдень льющий.

Как тяжело среди говна такого Хранить подобье образа другого.

Под черепа зарытые в песке Они в пыли прокладывают шеи Глаза ресниц сквозь темя на виске Прикрыв огромных снизу небольшие Нескладных ног и нелетучих рук Полуденного беглого строенья Хвоста уж нет, и тела полукруг Закатываясь в тень исчезновенья Лишь боль тоски струит в дремотный дар игры Лишь взбив плюмаж о чистый клюв таланта В свистящий стержень роговой дыры, Закатываясь, шелковая флейта Свистит — и никаких надежд а только ветерок О тонкий воздух перышки колышет: — Собратья по перу! Увы, урок Увы не вам и в чучело увы, увы не ваше.

А ты не ссы у струй моих Кастальских Да не щипай гусей моих Стимфальских.

Не быть мне братом деве-кардиналу. Судить кого — попробуй — виноват Винить не деву — кардинала брат Быть рад не брат, а дева — кардиналу. Брат деве кардиналом быть не мне: Ретортою незримой ртуть иллюзий Лить зеркала в попону Андалузий Мне кардинал брат-девой будет не. Мне братом кардинал не будет дева, Кого кадил, кадил паникадил, Паникадил, кадил и угодил Брат-кардинал не быть кого мне дева. Чтоб грезой грозовою за амвон Небытия — и вот летит он вон, Еще стеная. Колокольный звон Стоит дождем на зависть минералу: Не быть мне братом деве-кардиналу.