Больших превратностей судьбы, чем Силистрия, не претерпела ни одна крепость. В 1810 г. русские взяли ее после девяти дней осады и пяти дней решительного штурма. В 1828 г., хотя крепость была точно в таком же состоянии, что и раньше, они обложили ее 21 июня своими сухопутными силами, а 10 августа — дополнительно — тридцатью шестью канонерскими лодками. Но их осадная артиллерия прибыла лишь в сентябре, и при ней не оказалось никаких боевых припасов, так что нельзя было предпринять правильной атаки. 10 ноября русские были вынуждены снять осаду ввиду наступления зимы и появления на Дунае плову чего льда. При отступлении дезорганизованные и деморализованные русские подверглись ожесточенному преследованию со стороны гарнизона; часть русской осадной артиллерии была брошена в батареях, остальная была взята турками, проследовавшими в направлении Расовы. В следующем году Дибич возобновил осаду, обложил крепость 7 мая, выбив турок из окопов и редутов, возведенных русскими в предыдущем году, и открыл огонь из тридцати одного тяжелого орудия, расположив их, по-видимому, без всякой предварительной подготовки на возвышенности, почти в 900 ярдах от города. 26 мая, примерно в 600 ярдах от стены, были открыты демонтирные батареи. В то же время была открыта вторая параллель; третья была открыта 4 июня, а 12 июня началось продвижение на покрытие гласиса. 17-го гласис был покрыт в одном пункте, но эта операция была закончена лишь 26-го, после того как пять батарей были открыты у самого края рва, в тридцати ярдах от главной стены. Одновременно генерал Щильдер, тот самый, что руководит теперь инженерной частью осады, произвел свои любимые минные операции в широком масштабе. Крупные мины, заложенные под контрэскарп и главную стену, были взорваны 21 июня (сразу же образовав проходную брешь), 25, 27, 28 и 29 июня, когда, наконец, крепость сдалась. Но и тогда, кажется, не было крайней необходимости в сдаче, если бы не панический страх, вызванный подземными взрывами у суеверных иррегулярных солдат. Позади всего атакованного фронта и второго вала был проведен coupure, или новый окоп, для овладения которым несомненно потребовались бы еще новые минные или артиллерийские операции. Таким образом, эта удивительная крепость, нисколько не усовершенствованная по сравнению с 1810 г., все же продержалась тридцать пять дней после открытия траншеи и девять дней после образования проходимой бреши в главной стене; она заставила русских израсходовать 30000 снарядов и гранат в артиллерийской атаке и 336 английских центнеров пороха при минировании.
Из-за финансовых затруднений и войн в Египте турки до такой степени запустили этот важный пункт после Адрианопольского мира, что даже в 1836 г. не только не были полностью заделаны пробоины 1829 г. и очищены рвы, но даже были еще видны следы штурма 1810 года. Султан имел тогда в виду воздвигнуть отдельные форты, но это намерение в течение некоторого времени не осуществлялось. В настоящий момент Силистрия находится в совершенно ином состоянии, главным образом благодаря усилиям прусского офицера на турецкой службе, полковника Граха. Первоначальная порочная конструкция крепости, по-видимому, вряд ли допускает значительные улучшения, но отдельные форты, воздвигнутые на возвышенностях, уже доказали свою полезность. Крепость образует полукруг, диаметр которого, длиной около 1800 ярдов, идет по берегу Дуная. Она имеет десять бастионных фронтов в среднем длиной в 500 ярдов. Конструкция, как во всех турецких крепостях XVI и XVII столетий, изобилует всеми недостатками, свойственными старым итальянским укреплениям: длинные куртины, небольшие и тесные бастионы, короткие фланки, почти не прикрывающие ров, сам ров мелкий (не более восьми футов глубины), отсутствие крытых путей, лишь простой гласис, гребень, или верхняя часть, которого едва выдается на четыре фута над верхушкой контрэскарпа. Сам же вал, высотой в восемь футов и толщиной в двадцать футов, построен из земли; эскарп и контрэскарп рассчитаны по глубине рва, то есть имеют восемь футов. Сам ров вследствие высоты его уровня по необходимости остается сухим. Перед куртинами нет даже люнетов. Такова была Силистрия до 1836 года. А эти недостатки ее укреплений усугубляются тем фактом, что в 600 ярдах от стены над крепостью господствует цепь высот, тянущихся к югу от нее. Эти высоты являются отрогами Болгарского плато, которое, имея совершенно гладкую верхнюю поверхность, простирается на 1500 ярдов от города и затем отлого снижается по направлению к реке, предоставляя батареям превосходные ступенчатые позиции для фронтального или продольного огня, с узким рукавом реки с одной стороны и возвышенностью — с другой. Майор Мольтке, который осмотрел эту крепость в 1836 г. и работе которого о кампании 1828–1829 гг. мы обязаны вышеприведенными подробностями, выражает мнение,