Штурма Малахова кургана можно ожидать со дня на день. Если он не удастся, союзники окажутся в тяжелом положении. Если он удастся, — что еще возможно, хотя и ценой огромных потерь, — то это еще не будет означать, что русские потеряют Южную сторону; разве только им придется оставить ее из-за недостатка продовольствия. Во всяком случае, союзники получили бы возможность вытеснить оттуда русских до начала зимы. Сообщения о состоянии здоровья солдат английской армии в Крыму противоречивы. Согласно одному отчету, ежемесячно тысяча английских солдат, находящихся в траншеях, выходит из строя. Установлено, что в составе одного только 10-го гусарского полка численностью в 676 человек 161 человек больны. Доктор Сатерленд, председатель посланной правительством в Крым медицинской комиссии, сообщает в одном из своих писем графу Шефтсбери, между прочим, следующее:
«К концу недели, 7 июля: численность английской армии 41593 человека; общее количество смертных случаев — 150, от холеры — 71, от лихорадки — 17, от поноса — 19, от дизентерии — 2. К концу недели 14 июля: численность армии — 42513 человек; общее количество смертных случаев — 123, от холеры — 55, от лихорадки — 18, от поноса — 10, от дизентерии — 5. Умерло от ран в первую неделю — 44, во вторую—30, всего — 74».
Таким образом, за две первые недели июля соотношение числа смертных случаев от болезней и числа смертных случаев от ран составит приблизительно 4:1. Доктор Сатерленд проводит следующее различие между состоянием здоровья в армии в прошлую зиму и летом этого года:
«Смертность в зимний период носит совершенно иной характер, чем в летнее время. Сейчас вряд ли существует хотя бы одна из тех причин, которые имели место зимой: плохое питание, недосыпание, физическое перенапряжение, недостаток одежды и укрытий, плохая защита от непогоды, вызвавших scorbutis [цингу. Ред.] почти во всей армии. Тогда все случаи заболеваний были цинготного характера, и отсюда страшная смертность в госпиталях в Скутари; ее можно было сравнить только со смертностью от голода в Ирландии» (1847); «теперь же, напротив, мы имеем дело с лихорадкой и холерой, распространение которых в нашем лагере, несомненно, уменьшилось благодаря большой заботе о солдатах».
Состояние здоровья солдат осажденной армии в настоящее время, бесспорно, хуже чем осаждающей. Но доктор Сатерленд не может требовать безусловного доверия к своему письму, поскольку, как свидетельствует недавний случай, за критику в английском лагере наказывают. Приблизительно полтора месяца тому назад газета «Times» опубликовала анонимное письмо, в котором сообщалось о непростительном отношении к раненым после кровопролития 18 июня. Военное ведомство потребовало, чтобы газета «Times» назвала имя корреспондента. Газета отклонила это требование и согласилась назвать имя только при условии, если г-н Фредерик Пиль даст твердое обещание не преследовать корреспондента за сделанные им разоблачения, Пиль на это условие не пошел, однако осудил отказ «Times» в парламенте. Между тем г-н Бейкуэлл (хирург-ассистент), автор упомянутого письма, находился по болезни в отпуске в Скутари. Это было в середине июля. Начальствующие лица в лагере каким-то образом раскрыли авторство Бейкуэлла. За его спиной и во время его отсутствия была создана из числа высших медицинских чинов, большей частью как раз скомпрометированных письмом Бейкуэлла, следственная комиссия, которая вынесла заключение о виновности Бейкуэлла, не дав ему возможности ни защищаться, ни привести доказательства в обоснование выдвинутых им обвинений. 3 августа в очередном приказе по армии было объявлено об отстранении Бейкуэлла от должности. В свете этого события и следует оценивать достоверность английских официальных или полуофициальных отчетов о состоянии здоровья солдат, уходе за ранеными и т. п.