21 августа на заседании совета Порты (№ 299, Симмонс — Кларендону 23 августа)
«было принято решение действовать с величайшей энергией и использовать все имеющиеся в распоряжении Порты средства для осуществления предложенного Омер-пашой плана… Решено было направить послам Англии и Франции ноту, поставить их в известность о принятом Портой решении и просить, чтобы флот их правительств содействовал перевозке турецких войск, артиллерии, имущества, а также сухопутных транспортных средств на азиатское побережье… Сделав все, что было в ее силах, для организации похода с целью оказания помощи карсскому гарнизону и восстановления положения в Азии, она» (Порта) «снимает с себя всякую ответственность за катастрофу, которая может произойти, если ни один из предложенных ею планов не будет выполнен. Чтобы подготовить переброску войск, турецкое правительство направляет теперь свои корабли в Сизополь, где начнется погрузка войск на суда и пр. Все же Порта испытывает, очевидно, некоторые сомнения, предпринять ли ей такие решительные шаги вследствие того, что англо-турецкий контингент получил из Лондона приказ отправиться в Евпаторию».
Август был уже на исходе, а Порта все еще чувствовала себя связанной в своих действиях евпаторийским планом Кларендона. Ее опасения растут тем больше, чем отчаяннее становятся вести из Карса, и, наконец, она добивается от Редклиффа, совершившего в это время поездку в Севастополь, следующего телеграфного сообщения (№ 290):
Лорд Редклифф — графу Кларендону
Под Севастополем, 26 августа
Я прошу немедленно и определенно сообщить мне сюда, может ли Омер-паша снять в полном составе или частично турецкие войска из Балаклавы, при условии, если они будут заменены другими войсками такой же численности, и разрешат ли в этом случае контингенту генерала Вивиана занять позиции под Севастополем вместо того, чтобы идти в Евпаторию. Омер-пашу ожидают со дня на день. Он обусловливает свою экспедицию предоставлением ему права действовать, как указано выше. Он привел в пользу этого достаточные доказательства. Если мы сможем выделить транспорт, то войска, по-видимому, через месяц высадятся в Редут-Кале. Русские силы, угрожавшие Эрзеруму, отступили по направлению к Карсу. Турецкая армия, как сообщают, в начале августа располагала запасами продовольствия почти на два месяца.
IV
Посредством своего евпаторийского плана Кларендону удавалось мешать всем действиям Порты в течение всего августа. Депеша Редклиффа подтверждала утверждение генерала Уильямса, что «продовольствия в Карсе едва ли хватит до начала сентября». С каким чрезвычайным самопожертвованием турецкий гарнизон в Карсе продолжал держаться сверх срока, указанного Уильямсом, показывает меморандум, который мы здесь приводим (приложение к № 315):
Карс, 1 сентября 1855 г.
Мы очень экономно расходуем продовольствие. Солдаты переведены на половинный паек хлеба и мяса или риса. Иногда 100 драхм сухарей вместо хлеба и больше ничего. Нет денег. 3000 стрелков из мусульманского населения скоро умрут от голода. Армяне получили приказ завтра оставить город. Нет ячменя, почти никакого фуража. Лошади имеют вид ходячих скелетов, они не могут быть использованы гарнизоном; артиллерийские лошади скоро окажутся в таком же положении. Как же можно будет передвигать полевые орудия?.. Что предпринимается для спасения этой армии?
Подпись: Уильямс
Как только Кларендон убедился, что продовольствия в Карсе хватит не дольше, чем до начала октября, а с другой стороны, Редклифф заверил его, что даже при помощи транспортных судов союзников войска Омер-паши попадут в Редут-Кале не раньше первых дней октября, он не вид ел уже более опасности в том, чтобы побуждать французское правительство принять турецкий план. Кроме того, Кларендон знал, что он обратился к французскому правительству как раз в тот момент, когда близился штурм Севастополя, и Пелисье вследствие этого имел серьезные основания не допускать никаких изменений в составе войск под Севастополем. Чтобы скрыть полученные сведения, депеша Редклиффа приводится в виде выдержки, искажающей ее смысл. Приведем депешу Кларендона лорду Каули: