2. Приглашал ли Столыпин к себе Милюкова? И не было ли при этом известно Милюкову кое-что о тех «гнусных» (по словам г. Водовозова) условиях, о коих Столыпин хотел говорить с Милюковым?
3. Когда именно было заседание ПК и ЦК кадетов (или обоих комитетов вместе) по поводу предложений Столыпина? Не решали ли там сделать некоторые шаги навстречу этим предложениям? Не писалось ли об этом кой-чего в провинцию?
4. В какой связи стоит аудиенция Милюкова у Столыпина и вообще некоторые шаги обоих сих мужей навстречу друг к другу, – с характером кадетского поведения на «конференции» 18 января с мелкобуржуазным блоком?
Мы еще вернемся – и, вероятно, не раз – к разоблачениям насчет «аудиенции» кадета у черносотенца. Мы еще докажем со всеми доступными далеко стоящему человеку документами в руках, что именно в этих переговорах кадетов с черносотенцами лежит причина неудачи того общего блока «левых» с к.-д., которого многие желали и с которым мы всегда боролись.
А пока мы скажем:
Пусть знают г. Милюков и партия к.-д., что не один Водовозов, а еще многие и многие люди приложат все усилия для разоблачения этой политической лидвалиады!
«Зрение» № 2, 4 февраля 1907 г.
Печатается по тексту газеты «Зрение»
Значение выборов в Петербурге
Предвыборная кампания в Петербурге подходит к концу. До выборов осталось три дня, и, когда читатель будет иметь перед собой эти строки, будут известны уже результаты петербургского голосования.
Казалось бы, нельзя и говорить о значении петербургских выборов до их исхода. Но это не так. Предвыборная кампания в Петербурге имеет такую длинную историю; эта кампания дала такую массу необыкновенно поучительного политического материала, что значение ее определилось уже вполне. Каковы бы ни были результаты выборов, – петербургская кампания 1906–1907 годов составила уже, несомненно, крупный и самостоятельный этап в истории русской революции.
Неотъемлемым завоеванием революции в избирательной кампании Петербурга является, прежде всего, выяснение взаимоотношения политических партий, настроения (а, следовательно, также и интересов и всего политического положения) разных классов, а затем проверка на деле, на крупном, открытом, массовом деле тех или иных ответов на коренные вопросы с.-д. тактики в буржуазной российской революции.
Главные события предвыборной кампании в Петербурге пронеслись с быстротой вихря. И в этом вихре, когда приходилось во что бы то ни стало и немедленно действовать, обрисовались, как никогда, истинная природа и сущность разных партий и течений. В этом вихре не удержались никакие формальные связи, никакие партийные традиции, – раскалывались организации, нарушались обещания, менялись решения и позиции, каждый день приносил крупнейшие новости. Столкновения разных партий и разных течений были необыкновенно остры, полемика – резкая и в обычное время – перешла в свалку. И это не от того, что невоздержан русский человек, не от того, что он испорчен подпольем, не от того, что мы не воспитаны, – так могут объяснять дело только филистеры.
Нет, причина острых столкновений и бешеной борьбы заключалась в глубине классовых различий, в антагонизме социальных и политических тенденций, которые вскрылись под влиянием событий неожиданно быстро, потребовали немедленных «шагов» от каждого, всех столкнули, заставили борьбой отстоять, auskämpfen, свое настоящее место, свою истинную линию.
В Петербурге находятся центры всех партий. Это – фокус политической жизни России. Пресса имеет не местное, а общенациональное значение. И неизбежно вышло поэтому так, что петербургская предвыборная борьба партий явилась величайшей важности симптомом, знамением и прообразом многих дальнейших, и парламентских и непарламентских, битв и происшествий русской революции.
Сначала на очереди стоял как будто мелкий, второстепенный, «технический» вопрос о соглашениях всех оппозиционных и революционных партий против черносотенной опасности. Под прикрытием этого «простого» вопроса таились на деле основные политические вопросы: 1) об отношении правительства к либералам, кадетам; 2) об истинных тенденциях кадетов; 3) о гегемонии кадетов в освободительном движении в России; 4) о тенденциях трудовых, мелкобуржуазных партий; 5) о классовой общности и политической близости умеренных энесов и революционных эсеров; 6) о мелкобуржуазной или оппортунистической части с.-д. рабочей партии; 7) о гегемонии пролетариата в освободительном движении; 8) о значении видных, открытых и не видных, скрытых элементов и «потенций» революционной мелкобуржуазной демократии в России.