Но какая польза, — могут сказать, — для волонтеров в достижении такого совершенства в строевом обучении? Они не предназначены для этого, от них нельзя этого и ожидать, да оно от них и не потребуется. Несомненно, все это совершенно правильно. Самая попытка заставить волонтеров соперничать с линейными войсками в совершенстве строевого обучения привела бы к развалу этого движения. Но волонтеры должны иметь строевую выучку, и притом такую, чтобы совместные одновременные действия стали совершенно механическими, совершенно естественными для них, чтобы все их движения и действия могли производиться совершенно уверенно, одновременно всеми и с известной долей воинской выправки. Во всех этих вопросах линейные войска останутся образцом, равняясь на который волонтеры должны будут улучшать свою выучку, а ротное строевое учение должно стать тем средством, благодаря которому только и может быть достигнута требуемая подготовка.
Возьмем обучение ружейным приемам и взводное учение. Что все винтовки в батальоне должны двигаться одновременно, согласно каждому слову поданной команды и в соответствии с установленными правилами, — это является не просто вопросом внешнего вида. Надо полагать, что все волонтерские части сделали теперь такие успехи, что солдаты могут проделать это упражнение, не задевая друг друга и не цепляясь винтовками. Но даже независимо от этого само небрежное выполнение различных движений оказывает несомненно большое моральное влияние на обучаемый батальон. Зачем любому из этих солдат быть особенно внимательным к команде, если он видит ошибки, совершаемые справа и слева, и если винтовки двигаются вразброд вверх и вниз еще долго после того, как он уже выполнил команду? Как может солдат на левом фланге быть уверенным перед лицом неприятеля в своих товарищах, находящихся на правом фланге, если он не будет знать, что они будут заряжать винтовки, брать на изготовку и прицеливаться вместе с ним по поданной команде и снова будут готовы одновременно с ним открыть стрельбу или броситься в атаку? Больше того, всякий опытный солдат вам скажет, что привычка к таким одновременным действиям — уверенность в том, что команда офицера сопровождается двумя или тремя короткими отчетливыми звуками, которые указывают, что каждый солдат действует одновременно со своими товарищами, — имеет очень большое моральное влияние на батальон. Это доводит до сознания солдат тот факт, что они действительно составляют как бы единый организм, что они целиком находятся в руках командира, который может применить их силу без всякого промедления и с наибольшим результатом.
С другой стороны, возьмем движения больших или малых войсковых частей. До тех пор, пока каждый солдат не закрепит свою строевую выучку настолько, что всякое движение, которое от него может потребоваться, он будет выполнять по поданной команде почти механически, батальон никогда не будет уверенно передвигаться. Солдат, который должен еще рыться в памяти или ломать себе голову, чтобы понять, чего требует от него поданная команда, принесет батальону больше вреда, чем пользы. Это случится с солдатом, который в силу привычки или каких-нибудь иных причин склонен думать, что за определенными движениями обязательно следуют другие; он часто будет слышать совершенно иную команду, чем та, которую он ожидал, и тогда он, весьма вероятно, ошибется. А эти недочеты могут быть устранены только систематическими ротными строевыми занятиями. Здесь офицер сможет заставить небольшое подразделение, находящееся под его командованием, выполнить в каких-нибудь четверть часа столько различных движений и построений, сможет до такой степени разнообразить порядок перехода от одного к другому, что солдаты, никогда не знающие, что последует дальше, быстро научатся быть внимательными и совершенно механически реагировать на команду. В батальоне все движения неизбежно выполняются медленнее и в целом, следовательно, они менее поучительны для солдат, хотя более поучительны для офицеров; но общепризнанным фактом является то, что солдаты, достигшие совершенства в ротном учении, за очень короткое время под командой хороших офицеров прекрасно изучат перестроения в составе батальона. Чем больше солдаты будут тренироваться в ротных перестроениях под руководством знающего, расторопного инструктора, тем увереннее они будут впоследствии действовать в батальоне. И нет необходимости указывать, как важна в батальоне полная четкость: залп можно дать до некоторой степени беспорядочно и все же достигнуть результата; но батальон, пришедший в замешательство при построении каре, развертывании, повороте в колонне и т. д., может быть безнадежно потерян, если перед ним находится активный и опытный неприятель.