С тех пор, как неделю тому назад я послал вам мою последнюю корреспонденцию [См. настоящий том, стр. 404–409. Ред.], английская консолидированная рента еще больше пала, понижение по сравнению с прошлой пятницей дошло до 2 %; теперешние цены на 9 января составляют 893/4— 897/8 за наличные и 90—901/8 по новым счетам. Эта котировка соответствует котировке английской консолидированной ренты в течение первых двух лет англо-русской войны [Крымской войны. Ред.]. Падение это целиком обязано воинственному толкованию доставленных с последней почтой американских газет, раздраженному тону лондонской прессы, чья двухдневная сдержанность была лишь притворством, к которому прибегли по приказу Пальмерстона; это падение консолидированной ренты объясняется также посылкой войск в Канаду, прокламацией, воспрещающей экспорт оружия и материалов для изготовления пороха, и, наконец, ежедневными демонстративными заявлениями о колоссальных военных приготовлениях в доках и морских арсеналах.
В одном вы можете быть уверены: Пальмерстон ищет законный повод для войны с Соединенными Штатами, но на заседаниях кабинета он встречает самое решительное сопротивление со стороны гг. Гладстона, Милнера Гибсона и, в меньшей степени, со стороны сэра Корнуолла Льюиса. «Благородного виконта» поддерживает Рассел, это презренное орудие в его руках, и вся вигская клика. Если вашингтонский кабинет доставит желаемый повод, то теперешний кабинет падет и будет заменен торийским правительством. Между Пальмерстоном и Дизраэли уже состоялось соглашение о предварительной подготовке такой перемены декораций. Этим и объясняется грозный боевой клич «Morning Herald» и «Standard», этих голодных волков, воющих в надежде получить долгожданные крохи общественной милостыни.
Планы Пальмерстона можно обнаружить, восстановив в памяти некоторые факты. Это он утром 14 мая настаивал на издании прокламации о признании сецессионистов воюющей стороной, после того как он был извещен по телеграфу из Ливерпуля, что г-н Адамс прибудет в Лондон вечером 13 мая. Это он, после жестокой борьбы со своими коллегами, отправил 3000 человек в Канаду — до смешного ничтожная армия, если она предназначена для защиты границы в 1500 миль, но очень хитрый маневр, чтобы поощрить мятеж и вызвать раздражение Союза. Это он много недель тому назад убедил Бонапарта предложить совместное вооруженное вмешательство в «междоусобную войну», поддержал этот проект в кабинете министров и потерпел неудачу только из-за сопротивления своих коллег. Тогда он и Бонапарт прибегли к мексиканской интервенции как pis aller [крайнему средству. Ред.]. Последняя операция преследовала две цели: вызвать справедливое негодование американцев и одновременно создать предлог для посылки эскадры, готовой, по словам «Morning Post», «принять любые меры, к которым враждебное поведение вашингтонского правительства может вынудить нас в водах северной Атлантики». В то самое время, когда была послана экспедиция, «Morning Post» вместе с «Times» и мелюзгой из числа пальмерстоновских газетных рабов заявила, что это прекрасный и к тому же человеколюбивый акт, так как он ставит рабовладельческую Конфедерацию между двух огней: между противником рабства— Севером и войсками противников рабства — Англии и Франции. А что говорит в своем сегодняшнем номере та же самая «Morning Post» — это забавное сочетание Дженкинса и Родомонта, лести и хвастовства — по поводу адреса Джефферсона Дэвиса? Прислушайтесь к пальмерстоновскому оракулу:
«Надо полагать, что в течение довольно продолжительного времен и эта интервенция будет носить пассивный характер; и в то время как северное правительство находится слишком далеко, чтобы позволить себе серьезное вмешательство в это дело, южная Конфедерация, наоборот, имеет весьма протяженную линию соприкосновения с границами Мексики, так что ее дружественное расположение к инициаторам интервенции имеет немаловажное значение. Северное правительство неизменно издевалось над нашим нейтралитетом, а южное, обнаруживая государственный такт и умеренность, признавало, что это является единственным, что мы могли бы сделать для той или другой стороны. Как в наших переговорах с Мексикой, так и в наших сношениях с вашингтонским кабинетом, дружеская сдержанность южной Конфедерации является для нас значительным плюсом».