«Лорд Джон Рассел, без сомнения, несет ответственность за сокрытие истины; он также ничего не сделал для опровержения лживой информации «Morning Post», но все-таки он не мог продиктовать столь явно противоречащую истине, принесшую огромный вред статью этой газеты от 21 декабря. На такое дело может решиться лишь один человек; только министр, сфабриковавший афганскую войну, способен был утаить мирное послание Сьюарда. Нелепая снисходительность палаты общин простила ему одно преступление; неужели парламент и народ не объединятся, чтобы покарать его за новое преступление?»
Написано К. Марксом 14 января 1862 г.
Напечатано в газете «Die Presse» № 17, 18 января 1862 г.
Печатается по тексту газеты
Перевод с немецкого
К. МАРКС
СТАТИСТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ О ЖЕЛЕЗНЫХ ДОРОГАХ
Английские железные дороги имеют ровесников среди людей, им 30 лет. За исключением национального долга, ни одна другая отрасль национальной экономики не достигала такого гигантского развития за столь короткий срок. По данным недавно опубликованной Синей книги, капитал, вложенный в железные дороги за период до 1860 г., составлял 348130127 фунтов стерлингов; из них 190791067 ф. ст. были получены посредством обыкновенных акций, 67873840 ф. ст. — посредством привилегированных акций, 7576878 ф. ст. — на основе долговых обязательств и 81888546 ф. ст. — по текущим займам. Весь совокупный капитал составляет примерно половину суммы национального долга и в пять раз превышает годовой доход от всей недвижимой собственности в Великобритании. Эта характерная для выскочек форма богатства, гигантское порождение современной индустрии, диковинный экономический гермафродит, ноги которого, подобно корням, уходят в землю, а голова живет на бирже, является могучим соперником аристократической земельной собственности и обеспечивает новую вспомогательную армию для буржуазии.
В 1860 г. протяженность железнодорожных путей составляла 22 тыс. английских миль, включая вторую колею и разъезды. Таким образом, за истекшие 30 лет ежегодно прокладывалось в среднем 733 мили железнодорожного пути. Но в данной отрасли индустрии средняя цифра еще более далека от действительного процесса развития, чем во всех других отраслях. В отдельные годы железнодорожной горячки, такие как 1844 и 1845, была штурмом захвачена вся основная территория.
В последующие годы шло постепенное освоение этой территории, связывались между собой крупные магистрали, строились ответвления, и железнодорожная сеть расширялась сравнительно медленно. В эти годы объем железнодорожного строительства падает ниже среднего уровня.
Прокладке рельсов предшествует огромная работа. Уже в 1854 г., по подсчетам Роберта Стефенсона, общая протяженность железнодорожных туннелей составляла около 70 миль, в наличии имелись 25000 железнодорожных мостов и многочисленные виадуки, из которых один — вблизи Лондона — протянулся на 11 миль. Земляные насыпи — 70000 кубических ярдов на одну погонную милю — могли бы заполнить пространство в 550 миллионов кубических ярдов. Если всю эту землю ссыпать в одно место в форме пирамиды, то диаметр ее основания составил бы половину мили (английской), а высота полторы мили — целая гора земли, рядом с которой собор св. Павла покажется лилипутом. Но с тех пор как Роберт Стефенсон произвел свой подсчет, железнодорожная сеть расширилась еще на одну треть.
«Вечная дорога», как англичане окрестили железнодорожные пути, отнюдь не бессмертна. Она нуждается в постоянном «обмене веществ». Железо, которое с течением времени утрачивает свои свойства вследствие износа, окисления и т. п., постоянно требует новой замены. Подсчитано, что паровоз, пробегая 60 миль, стирает 2,2 фунта стали, каждый пустой вагон — 4,5 унции, каждая тонна груза — 1,5 унции, и что такая железнодорожная линия, как Лондонско-Северо-Западная, может находиться в эксплуатации примерно в течение 20 лет. Общий износ железа за год оценивается в полфунта на ярд; вся железнодорожная сеть при ее нынешней протяженности требует ежегодно 24000 тонн железа для возмещения износа и 240000 тонн для эксплуатации. Однако рельсы, составляющие основу железнодорожного пути, заменяются гораздо реже, чем деревянные шпалы, на которых эти рельсы лежат. Укладка железнодорожных шпал требует ежегодной доставки 300000 деревьев, для выращивания которых нужны 6000 акров земли.
После завершения строительства железной дороги для ее эксплуатации необходимы локомотивы, уголь, вода, железнодорожные вагоны и, наконец, рабочий персонал. В 1860 г. число локомотивов составляло 5801, т. е. более одного локомотива на каждые две мили пути. Как и большинство машин на ранней стадии своего развития, локомотивы поначалу были не слишком изящны, двигались неуверенно, в известной мере еще напоминали старомодные средства передвижения, на смену которым они пришли, и были сравнительно дешевы. Первый английский локомотив, четырехколесный, весом едва в 6 тонн, стоимостью в 550 ф. ст., постепенно был вытеснен паровозами стоимостью в 3000 ф. ст., которые тянули 30 пассажирских вагонов, весом по 5,5 тонн каждый, со скоростью 30 миль в час или 500 тонн груза со скоростью 20 миль в час. Подобно своим предшественникам — лошадям, отдельные локомотивы имеют собственные имена, с которыми связывается большая или меньшая известность.