Каковы же были жертвы этой борьбы?
«Хотя мы и не имеем возможности точно подсчитать число убитых и раненых» (со стороны народа), «мы все же можем сказать, что их не менее десяти. В рядах нападавших насчитывается не менее пятнадцати убитых и раненых».
Это было первое уличное сражение, выдержанное Альянсом. В течение двадцати часов 5000 человек сражались против 32 жандармов и нескольких вооруженных буржуа и, после того как те расстреляли все свои патроны, одолели их, потеряв всего-навсего десять человек. Видимо, Альянс вдолбил своим последователям изречение Фальстафа о том, что «осторожность — наилучшее проявление храбрости» [Шекспир. «Король Генрих iv», часть 1, акт V, сцена четвертая. Ред.].
Разумеется, все сообщения буржуазных газет о всевозможных ужасах, о бесцельно сожженных фабриках, о массовых расстрелах жандармов, о людях, облитых керосином и подожженных, — чистейшие выдумки. Победившие рабочие, даже тогда, когда ими руководят альянсисты, девиз которых: «Бей, круши!», всегда обходятся даже чересчур великодушно со своими побежденными противниками, а последние поэтому приписывают им все те позорные деяния, которые сами они никогда не преминут учинить в случае победы.
Итак, победа была одержана.
«В Алькое», — ликует «Solidarite revolutionnaire», — «наши друзья, в числе 5000 человек, стали господами положения».
Как же воспользовались эти «господа» своим «положением»?
Об этом не говорят нам ни слова ни отчет Альянса, ни альянсистская газета; мы вынуждены обратиться к обычным газетным сообщениям. Из них мы узнаем, что в Алькое был тотчас учрежден «комитет благосостояния», то есть революционное правительство. Правда, альянсисты на своем конгрессе в Сент-Имье, в Швейцарии, 15 сентября 1872 г. постановили, что «всякая организация политической, так называемой временной или революционной власти может быть лишь новым обманом и оказалась бы столь же опасной для пролетариата, как все ныне существующие правительства». Члены заседающей в Алькое испанской федеральной комиссии также употребили все усилия к тому, чтобы эта резолюция была принята и съездом Интернационала в Испании. И вот, несмотря на все это, мы обнаруживаем, что Северино Альбаррасин, член этой комиссии, а по некоторым сведениям и Франсиско Томас, ее секретарь, были членами этой временной и революционной правительственной власти — алькойского комитета благосостояния!
Что же делал этот комитет благосостояния? Какие принял он меры к тому, чтобы осуществить «немедленное полное освобождение рабочих»? Комитет запретил всем мужчинам выезжать из города, между тем как женщинам это было разрешено, если только они… имели паспорта! Противники всякой власти вводят снова паспорта! И в остальном — абсолютная беспомощность, растерянность и неэнергичность.
Между тем из Аликанте приближался с войсками генерал Веларде. У правительства было достаточно причин желать покончить с местными восстаниями в провинциях без всякого шума. А у «господ положения» в Алькое было достаточно причин желать выбраться из положения, в котором они не знали, что делать. Так что роль депутата Серверы, служившего посредником, была легкой. Комитет благосостояния сложил свои полномочия, войска 12 июля вступили в город без всякого сопротивления, и единственным обещанием, которое за это было дано комитету благосостояния, была … всеобщая амнистия. Альянсистские «господа положения» еще раз благополучно вышли из тупика. Этим и кончилась алькойская авантюра.
В Санлукар-де-Баррамеда, близ Кадиса, сообщает нам отчет Альянса,
«алькальд закрывает помещение Интернационала и вызывает гнев рабочих своими угрозами и своими непрестанными посягательствами на личные права граждан. Избранная комиссия требует от министра, чтобы соблюдалась законность и было открыто произвольно закрытое помещение. Г-н Пи соглашается на это в принципе… но уклоняется от выполнения на деле; рабочим становится ясно, что правительство намерено систематически подвергать опале их Товарищество; они смещают всех представителей местной власти и назначают на их место новых, которые вновь открывают помещение Товарищества».
«В Санлукаре… народ является господином положения!» — торжествует «Solidarite revolutionnaire». Альянсисты, которым и здесь тоже пришлось вопреки их анархическим принципам образовать революционное правительство, не знали, что делать со своей властью. Они тратили время на пустые споры и бумажные резолюции; а когда генерал Павиа, взяв Севилью и Кадис, послал 5 августа в Санлукар несколько рот из бригады Сориа, — то он… не встретил никакого сопротивления.