Из трех мандатов гражданина Лафарга, представителя Португалии и двух испанских местных федераций, мандат одной из них, Новой мадридской федерации, оспаривался другими испанскими делегатами. Новая мадридская федерация, — образованная членами Интернационала, исключенными произвольно и в нарушение Устава из старой федерации, — не была признана Испанским федеральным советом; тогда она обратилась к лондонскому Генеральному Совету, который признал ее [См. настоящий том, стр. 119. Ред.].
Конгресс единогласно утвердил это решение.
Шесть делегатов, которых Генеральный Совет послал, опираясь на прецедент предыдущих конгрессов, и которые, впрочем, за исключением одного, были снабжены также и другими мандатами, были допущены на конгресс. Мандат делегата женевской секции пропаганды и революционного социалистического действия, секции, не признанной Генеральным Советом, был объявлен недействительным для участия в заседаниях данного конгресса, а сама секция не была признана [См. настоящий том, стр. 147—148. Ред.]. Четверо делегатов Испанской федерации были допущены только после уплаты Генеральному Совету взносов за 1871—1872 годы. Наконец, делегат нью-йоркской секции № 12, временно исключенной Генеральным Советом, не был допущен к участию в конгрессе, несмотря на свою речь, продолжавшуюся более часа. Все эти решения, утвержденные большинством в три четверти голосов, явились одновременно выражением доверия Генеральному Совету, чьи «авторитарные» (как кое-кому угодно их называть) действия были полностью одобрены огромным большинством конгресса.
После этих дискуссий, разрешивших многие возникшие внутри Интернационала разногласия, и, следовательно, оказавшихся отнюдь не бесполезными, сразу же перешли к вопросу о самом Генеральном Совете. Следует ли его упразднить? А если следует его сохранить, то оставить ли за ним его полномочия, или же низвести его до уровня простого корреспондентского и статистического бюро, так сказать, boite aux lettres [почтового ящика. Ред.]? Ответ конгресса не оставил на этот счет никаких сомнений. Статья 2 раздела II Организационного регламента сформулирована следующим образом:
«Генеральный Совет обязан приводить в исполнение постановления конгрессов».
Гаагский конгресс добавил к этому:
«и следить в каждой стране за строгим соблюдением принципов Общего Устава и Регламента Интернационала» [См. настоящий том, стр. 144. Ред.] 40 делегатов голосовали за такое добавление, 5 против него и 11 воздержались).
Статья 6 того же раздела, предоставлявшая Генеральному Совету право временно исключать ту или иную секцию, была сформулирована следующим образом:
«Статья 6. — Генеральный Совет имеет также право временно исключать отделения, секции, федеральные советы или комитеты и федерации Интернационала до очередного конгресса.
Однако по отношению к секциям, входящим в ту или иную федерацию, он должен применять это право, лишь выслушав предварительно мнение соответствующего федерального совета…
В случае временного исключения целой федерации Генеральный Совет должен немедленно поставить в известность об этом все федерации. Если большинство федераций этого потребует, Генеральный Совет должен не позднее чем через месяц созвать чрезвычайную конференцию, на которой должны присутствовать по одному делегату от каждой национальности и которая вынесет окончательное решение по спорным вопросам.
Само собой разумеется, однако, что страны, где Интернационал запрещен, пользуются теми же правами, что и федерации, существующие легально» [См. настоящий том, стр. 144. Ред.].
Ясно, что эта новая статья Регламента, определяющая с большей ясностью полномочия Генерального Совета, сопровождает их гарантиями, необходимыми для того, чтобы воспрепятствовать злоупотреблениям.
Конгресс выразил пожелание, чтобы Генеральный Совет обладал властью, но властью ответственной. Эта статья была принята большинством 36 голосов против 11, при 9 воздержавшихся.
Затем следовал вопрос о новом Генеральном Совете. Если бы Генеральный Совет, полномочия которого истекали, пожелал быть снова избранным целиком или частично, ему была бы обеспечена почти единодушная поддержка, так как в этом вопросе бельгийцы и голландцы отошли от меньшинства и голосовали за Лондон. Доказательством того, что Маркс, Энгельс, Серрайе, Врублевский, Дюпон и остальные члены прежнего Совета вовсе не для себя лично требовали более широких и более определенных полномочий Генерального Совета, является их предложение перевести Генеральный Совет в Нью-Йорк как в единственное, кроме Лондона, место, где были бы обеспечены два основных условия: безопасность архивов и международный характер состава Совета. Из всех предложений, сделанных. прежним Советом, это было единственным, встретившим некоторые затруднения, так как все, за исключением представителей Юрской федерации и испанцев, были единодушны в желании оставить руководство Интернационала в тех руках, в которых оно находилось до сих пор. Только после официального заявления наиболее активных и известных членов прежнего Сонета о том, что они отказываются от нового мандата, перевод в Нью-Йорк был принят абсолютным большинством голосов. Конгресс перешел к избранию нового Совета, в состав которого вошли 2 ирландца, 1 швед, 1 итальянец, 3 француза, 1 американец и 4 немца, с правом включения в Совет еще трех членов.