Похоже, это один из бастионов аванпоста. Пещера покрывает остальную его часть, в том числе и вход, но мы, скорее всего, сможет попасть внутрь через верх.
Запрыгнув на стену, мы с Хитори огляделись, пытаясь найти хоть какие-то признаки жизни. Однако все оказалось тщетно.
— Одни трупы.
— … Если нежить можно так назвать.
Спрыгнув во внутреннюю часть бастиона, мы увидели еще больше скелетов, покрытых слоем нароста. Я не совсем уверен, из-за чего они могли погибнуть, но мертвы они уже давно.
Несколько месяцев в пустоте и еще два после битвы за Эс-Маду. Вряд ли мы уже когда-то узнаем причину их гибели.
Не став долго думать на этот счет, мы принялись искать вход в основную крепость. Благо я был на других аванпостах, поэтому примерно помнил, как они должны быть устроены, из-за чего найти нужный проход не составило большого труда.
— Камера активации Сайлента должна быть где-то тут.
— … Разве ты не перевел его на свободный режим?
— Перед школой я активировал протокол защиты и перевел Сайлента в спящий режим. Не хотел, чтобы он без причины привлекал внимание к аванпосту.
— … Ах, да. Тогда же у нас хотели забрать право на владение территорией. Если подумать, мало что изменилось с тех пор.
Пришлось согласиться с Хитори, хоть тогда у нас и не стоял вопрос между жизнью и смертью. Это все было просто игрой и в какой-то степени работой. Но я уж точно не думал над тем, насколько для нас важно уничтожить всех возможных врагов. Тогда я просто плыл по течению и наслаждался беззаботной жизнью. Жаль, эти времена прошли.
Хитори, наверное, тоже немного скучает по BaMO. Не только из-за того, что там мы могли сражаться с действительно сильными противниками, — она просто всегда любила эту игру больше меня.
Там у нас была уверенность. Стабильность. Мы знали, какие в игре есть механики, знали все о заклинаниях и способностях, но в новом мире уверенности больше нет. С каждым днем мы узнаем что-то новое, но в данном контексте это нельзя назвать чем-то хорошим. Это просто показывает, как мало мы знаем об окружающей нас действительности. Нам приходится приспосабливаться, чего в BaMO мы не делали со времен поиска пути одновременной прокачки.
Пройдя через раздвижные двери, которые очень туго открывались и периодически искрили, мы зашли в комнату, где перед нами показалась большая электронная капсула, больше похожая на гроб.
Так как Сайлент, в отличие от того же Раздора, больше машина, чем робот, то у него, как и у всех рас механоидного типа, были проблемы с получением энергии. Его мана не восстанавливается со временем, а постоянно использовать расходники слишком затратно, поэтому большую часть времени он проводил в этой сонной камере, где в его тело непрерывно поступала магическая энергия. Отсюда же можно было управлять его состоянием и отдавать расширенные приказы, так что в этом плане он был даже полезней остальных кастомных NPC. Но, посмотрев на дисплей, я увидел лишь разбитый экран. Видимо, приказы нужно будет отдавать устно.
Как я уже сказал, он должен находиться в спящем режиме. В случае нападения активируется охранный протокол, и Сайлент приступает к защите аванпоста. После устранения угрозы он возвращается обратно в камеру и погружается в сон. Это объясняет, почему он не отвечал на мои сообщения, но ничего не говорит о том, что вывело его из сна.
Во всяком случае, у меня еще будет время спросить его об этом.
Нажав на красную кнопку, я открыл сонную камеру, из которой сразу повалил белый дым. Сама камера засветилась красным, а во всей комнате зажглись яркие лампы. Однако я насторожился.
— Странно… Обычно же играет шкатулка.
Это странно именно из-за того, что звук издает сам Сайлент. Не знаю, как это работает, но подобное было всегда, когда его выводили из сна. Отсутствие звука может говорить только об одном…
Дым рассеялся. В камере сна было пусто.
Похоже, Сайлент еще не устранил угрозу до конца.
Мы бежали к выходу так быстро, что за нами поднимались пыльные облака.
— … Он не мог уйти далеко! Протокол защиты запрещает ему покидать аванпост дальше чем на четыре квадрата.
— Да. Но что заставило его покинуть стазис?
— … Не знаю. Наемники и жители должны были быть единственной возможной угрозой в округе. Вряд ли бы его внимание привлекли местные звери.
Затормозив перед самым выходом, я вдруг кое-что понял. Сестра нетерпеливо посмотрела на меня.
— … Что такое?
— Сурио. Мы пришли с незнакомым человеком. Он вполне мог посчитать его угрозой.